И то, что она стала замужней дамой, лишь упростило ей задачу.
Оставшись довольной увиденным, девушка направилась в кабинет мужа.
Александра она застала сидящим в кресле. Не желая говорить подходящие случаю формальности, Таня пересекла комнату и, встав позади мужа, ласково коснулась его плеча. Она не заметила, как напрягся от её прикосновения супруг.
— Саша… — просто начала Тата, не желая искать лишних слов, — спасибо за чудесный подарок.
Александр ничего не ответил, и его молчание изрядно напрягло графиню. Но неожиданно он потянул её за руку и усадил к себе на колени.
Таня ахнула от неожиданности, но не пыталась вырваться.
Игнатьев наблюдал за женой, отметив, что, несмотря на то, что он нынче узнал, он не перестал её желать.
Красивая, но такая вероломная — сейчас она была в его власти."
"Долгое время Александр сдерживал порывы плоти, намереваясь завоевать собственную жену. Но теперь… Теперь же он собирался её проучить.
Заметив, что голубые глаза окутались дымкой желания, граф коснулся поцелуем её губ.
Он целовал со всей силой страсти, которая бушевала в нём ныне.
Не прерывая поцелуя, Александр потянулся к лифу её платья, стремительным движением освобождая грудь жены. Его ладонь накрыла маленький холмик, заставив тихий стон сорваться с уст Татьяны.
Не испытывавшая раньше подобных эмоций, молодая женщина попыталась возразить:
— Саша, сейчас день… Мы не должны… — она стыдливо попыталась натянуть платье, но крепкая, мужская рука удержала её запястье.
— Ну, ну, милая, — не скрыв ироничной усмешки, произнёс Александр, — с Езерским ты тоже соблюдала приличия?
Услышав знакомую фамилию, Тата вздрогнула.
Она хотела ответить, но тут все её мысли вылетели из головы. Муж неожиданно поднял её с колен и усадил на огромный стол.
Неосознанно графиня тряхнула головой, услышав, как на пол посыпались шпильки. Золотистый водопад её волос упал Татьяне на плечи, будто окутав волшебным блеском.
Рука Александра тем временем подняла подол её платья, поглаживая стройные ноги. Он поднимался всё выше и выше, пока с губ девушки не сорвался очередной стон.
Таня была готова запустить пальцы в тёмные волосы мужа, припасть к его устам поцелуем и умолять его о том, чтобы он поскорей прекратил эту сладостную пытку.
Но всё закончилось так неожиданно, будто и не начиналось.
Александр отстранился от неё и, как ни в чём не бывало, сказал:
— Таня, мне нужно идти, — оправив сюртук и рубашку, Игнатьев одарил жену горящим взглядом и направился прочь из кабинета.
