Только теперь он понял, что едва не потерял Татьяну навсегда! Ведь желание уйти от него не появилось на пустом месте. Но пока не поздно всё исправить!
— У тебя есть ещё условия, chere? — спустя несколько минут спросил Игнатьев, видя, что Татьяна более не делает попытки заговорить.
— Я думаю одного вполне достаточно, — тихо произнесла Тата, уткнувшись носом ему в плечо, — хотя… Есть ещё кое-что… Не оставляй меня больше одну!
Последние слова были сказаны с такой мольбой, что Александру сначала показалось, что он ослышался.
Но ласково коснувшись её подбородка, и заставив Татьяну заглянуть ему в глаза, граф понял, что не ошибся.
В голубых озёрах своей жены он увидел то, чего раньше никогда не замечал.
— Не оставлю, родная, — мимолётно касаясь поцелуем её губ произнёс Александр, — я оставлю тебя только тогда, когда ты сама этого захочешь.
Таня осознала, что для того, чтобы дать мужу понять, что она его окончательно простила, на этом всё не должно закончится. Возможно телесная близость заполнит ту пустоту, которая ныне царила в её душе.
Освободившись из его объятий, Тата медленно потянулась к ленточкам, удерживающим на месте её сорочку.
Одно ловкое движение, и девушка предстала пред ним полностью обнаженной.
Ей было стыдно и неловко, но она продолжала глядеть Александру в глаза, будто без слов давая понять, что не думает менять своего решения. И всё же Таня не чувствовала былого возбуждёния и теплоты! Собираясь таким образом отдаться мужу она ждала когда проснуться те чувства, которые она испытывала от их близости ранее.
Граф приблизился к ней, стараясь понять, что же ей движет? В её глазах он не увидел огня желания, которое замечал раньше. Только испуг плескался в этих огромных очах, заставляя его усомнится в том, что ныне стоит продолжить то, что предлагает жена.
Татьяна тем временем отправилась к кровати, ожидая от Александр решительных действий, при этом не чувствуя ничего внутри.
Приблизившись он ловко опрокинул её на постель, попрежнему видя перед собой только красивое тело, а не живого человека.
Александр нервно усмехнулся.
Не такой он представлял себе свою супружескую жизнь, но что есть, то есть. Возможно, им с Татьяной просто надо привыкнуть.
Быстро избавившись от одежды, граф оказался рядом с женой. Ему не верилось, что она отныне принадлежит только ему! Почему-то в который раз не к времени Игнатьев вспомнил о Езерском и с трудом сдержал хриплый стон.
