Кто бы подумал, что её доныне здоровая бабушка может так быстро слечь. Она всегда отличалась здоровьем, а теперь прикована к постели с сердечным ударом.
Марфа увидела, что барышня чем-то расстроена, но решила помалкивать. Не холопское это дело вмешиваться в дела господ.
— Собери вещи, завтра мы едем в деревню — попросила Татьяна, чувствуя усталость, которая так неожиданно напала на неё.
— Как скажете, барышня, — покорно промолвила горничная.
Марфа подготовила её ко сну, но Татьяна сомневалась, сможет ли она спокойно уснуть.
Ещё она гадала, придёт ли Алексей. Из его слов, она поняла, что он не намерен повторять события прошлой ночи до свадьбы, с которой он решил не тянуть. Но ей было так страшно и одиноко, поэтому когда стрелки на часах показали полночь, она неуверенно отправилась на поиски своего жениха.
Взяв с полки канделябр в котором горели свечи, она шла по длинному коридору.
Найдя комнату Алексея, в которой до сих пор горел свет, она неловко толкнула дверь. Алексей сидел на кресле, читая какую-то книгу.
— Таня? — удивленно произнёс он, поднимая глаза, — что-то случилось?
— Я не могла уснуть, — промолвила Тата, опуская глаза. На Алексее была батистовая рубашка раскрытая у ворота, она открывала взору золотой крестик.
Отложив книгу, он подошёл к девушке, ласково обнимая её хрупкие плечи.
— Милая, я понимаю тебя, ты очень переживаешь за свою бабушку, но скоро ты будешь рядом и сможешь скрасить её дни своей заботой.
— Я буду скучать по тебе, — сказала Таня, понимая как ей будет не хватать его, когда она уедет.
Не долго думая, она обвила руками его шею, вынуждая отказаться от прежних слов.
Но Алексей не желал неожиданных последствий и сплетен.
И хотя он был предельно осторожным прошлой ночью, Езерский не хотел чтобы их с Татьяной ребёнок родился раньше срока.
Тата тем временем не отпускала его, и он начал чувствовать, как его решимость тает с каждой секундой.
— Таня, мы не должны…,-
начал молодой человек, но тут же осекся, когда она неловко провела рукой по его лицу.
— Ты маленькая ведьмочка, — с улыбкой произнёс Алексей уступая её немой просьбе.
Он неспешно стянул с неё сорочку, и уже через минуту Татьяна предстала перед ним совершенно обнаженной.
Девушка стыдливо прикрылась, и не видя смысла смущать её и дальше, Езерский погасил почти все свечи, и уложив девушку на постель, стал медленно избавляться от одежды.
И хотя в комнате стоял полумрак, Таня смущенно сомкнула глаза, натянув до подбородка огромное пуховое одеяло.
