– Ну, кто следующий на защиту?
Я выпрямилась. Селиванов среагировал.
– Чернова? – уточнил с затаившейся в уголках губ улыбкой. – Готова?
– Так точно! – отрапортовала четко.
Полковник кивнул, перевел взгляд на Руслана с Севой и тут уж позволил себе улыбнуться.
– А тут у нас кто? Боевой резерв?
– Основное приложение к диплому, – отгрузил Руслан.
Мы все, не сдержавшись, засмеялись.
Селиванов с нами.
– Это вы, конечно, постарались. Приложение раньше дипломов – это, Черновы, сильно, – хмыкнул, качая головой.
– Ну, как говорится… Главное – результат. Руслан уже себя показал. И ты, Людмила, с таким подкреплением имеешь все шансы на отличную оценку. Интересно, к слову, получается: Руслан и Людмила. Как у Пушкина, – заметил между делом. И тут же по-отечески поторопил: – Ну, вперед, курсант. Не подведи. Мы твоей защиты всей кафедрой ждали.
Подавив нервную дрожь, я попыталась заставить тело двигаться без лишних рывков.
– Держу кулаки, – прошептала Тоська, сжимая мою руку.
Руслан и вовсе… Вдруг оказался вместе с Севой рядом.
– Дай огня, – зарядил вполголоса.
Короткий контакт глазами. Кивок. И все. Пошла.
Стоило зайти в аудиторию, на лицо легла маска абсолютной невозмутимости. Внутри – ураган, вихрь из сомнений и страхов. Но снаружи – образцовый курсант. Спокойная. Сосредоточенная. Уверенная.
Комиссия сидела за длинным столом.
Селиванов – по центру. А по краям еще два офицера: майор Терещенко и подполковник Каратов.
В воздухе стояло напряжение, от которого буквально звенело в ушах.
– Курсант Чернова, – сказал Терещенко, едва я встала за кафедру. – Доклад готовы начать?
– Так точно, – ответила, вытянувшись по струнке.
– Начинайте.
Вдохнула поглубже. Вспомнила слова Руслана. И начала говорить. Процесс пошел ровно и четко. Оттачивала каждую фразу, как учили. Подполковник Каратов внимательно слушал, время от времени кивая. Терещенко водил ручкой по бумаге, периодически бросая на меня быстрые, оценивающие взгляды.
А Селиванов… Он выглядел как никогда расслабленным.
Сдержанным, но расположенным. Понимающим.
Это придавало сил.
И я говорила.
Не сбивалась. Не запиналась. Весь тот ворох нервов, что до этого часа клубился внутри, застыл и не мешал. Слова ложились одно к одному – выверенно, содержательно и внушительно.
– …В первую очередь, это внедрение обязательного контроля со стороны органов опеки и ПДН при выявлении случаев домашнего насилия в отношении несовершеннолетних.
