Сердце Аксара, или Измена по-королевски

«Ритуальное облачение» слетело с меня жалкими обрывками.

— Первый удар сорвет покровы одежды, — объявил Дитрич.

Второй удар я уже ожидала, поэтому дернулась, услышав предупреждающий хлопок… Кнут снова меня настиг, захватив на этот раз и плечо. Боли не было, хотя во второй раз у меня появилось ощущение, что с меня сорвали рывком кожу.

— Второй удар сорвет покровы тела, — раздалось сзади.

Покровы… тела? Тела? Я бы кинулась бежать, если бы не тонула в темноте.

— Третий удар сорвет покровы души!

Кнут ожидаемо настиг меня и в третий раз.

Что-то стало меняться вокруг, я ощутила вибрации, исходящие от места, где должен был стоять Дитрич, а еще — легкость. Чувства никуда не делись, но я перестала ощущать свое тело…

— Покровы сорваны, — важно произнес он. — София Корбиниан, теперь, когда мы убедились в том, что…

— Проклятье! — вдруг воскликнул Уэнделл.

— Эгуи! Как вы посмели прервать меня? — вскричал взбешенный Дитрич.

— Вы поглядите на нее!

Вспыхнул свет. Я увидела бледного, как смерть, Уэнделла, раскрасневшегося, как помидор, Дитрича.

У обоих мужчин склеры и радужки затопила темнота. Я попятилась, и впервые за все время «похищения» допустила серьезную мысль о том, что действительно нахожусь в другом мире.

— Это не королева, — сдавленно произнес Коршун.

Я посмотрела сначала на красавчика Уэнделла, а потом на старика Дитрича, но они молчали и не спешили приносить мне извинения. Наверное, от этих людей извинений не дождаться. Плевать! Главное, пусть вернут меня туда, откуда похитили! А уж психика у меня гибкая — я сама себя сумею убедить, что мне просто приснился красочный сон.

— Король ошибся, — сказал Уэнделл.

Коршун вцепился в свой посох обеими руками, как от слабости. Еще рухнет здесь… Но нет, судя по всему, старик здоров и устоит, даже если под нами разверзнется бездна.

— Ошибся? — повторил Дитрич задумчиво. — Разве короли ошибаются?

— О, нет. Короли не ошибаются… Только мы знаем, что душа, что перед нами — не та. Хм-м-м… — на лице Коршуна появилась премерзкая улыбка.

 — Перед нами — София Корбиниан. Так всем и объявим.

Брови Уэнделла приподнялись.

— Кто посмеет усомниться в наших словах, словах Верховных Стража и Смотрителя? Кто посмеет усомниться в поступке короля?

— Я! — проговорила я возмущенно. — Я всем скажу правду!

— Я не королева, вы сами видите!

— Молчать, я сказал! — Коршун навел на меня посох. От этого маневра я потеряла возможность двигаться и говорить.