Сердце Аксара, или Измена по-королевски

— А Фэд? Чего он добивался, зачем крутился возле меня? Неужели я так ему понравилась?

— В тебе нет ничего такого, что могло бы привлечь моего брата! — запальчиво ответила Луиза. — Особенно — сейчас. Кем ты себя мнишь? Великой умницей? Да ты лишь самонадеянная дурочка! Ты была им очарована, он имел на тебя влияние и не довел план до конца потому, что изменил его.

— Мы обе с тобой дурочки, Луиза. Увлеклись не теми мужчинами. Но я, к счастью, сумела избавиться от ненужной влюбленности. А ты?

— Не сравнивай себя со мной!

— Действительно… Я бы никогда не позволила вытирать о себя ноги.

А твою гордость Рейн вволю оттоптал. Сколько тебе? Двадцать пять, шесть? Ты уже становишься старовата для рынка невест, да и репутация твоя погублена.

— Да как ты смеешь! — прошипела вампирша и кинулась ко мне, чтобы, наверное, отвесить пощечину.

Я резко изменила положение, и Луиза промахнулась со своей пощечиной, потеряла равновесие, налетела на стену. Я вскочила и подбежала к выходу. Дверь была заперта на засов, я взялась за него, но тут уже в меня сзади вцепилась Луиза.

Я запрокинула голову, прицельно ударив вампиршу затылком прямо в нос. Она сдавленно застонала, но рук от меня не убрала.

— Послушай, — тяжело дыша, проговорила я, — отцепись, а то я тебя разукрашу.

Я перестала держаться за засов и повернулась к Луизе. Та боролась со мной как женщина, которой бороться никогда жизни не приходилось. А я, между прочим, в юные свои годы весьма недурно умела надавать тумаков своим товарищам-мальчишкам. В общем, после первого же удара в солнечное сплетение Луиза Уэнделл рухнула мне под ноги, уверенная, что вот-вот умрет.

Звуки она уж точно умирающие производила…

Я воспользовалась ее состоянием, сдернула с ее же корсажа ленту и этой лентой кое-как связала ей запястья. Лачуга во время драки кружилась у меня перед глазами, и от слабости меня вело в сторону, но откуда-то брались и силы. Закончив с Луизой, я отодвинула треклятый засов и выбежала наружу.

В лицо ударил порыв ветра, он же принес неприятный запах водорослей.

Я ахнула и, переступив на ногах неуверенно, сделала несколько шагов вперед. Лачуга стояла на острове. Даже не так — на островке.

Я в ловушке. Куда ни кинь взгляд, всюду вода, вода, вода…. Лачуга, в которой я очнулась, явно была пристанищем какого-то рыбака, который изредка сюда наведывался.

Я оглянулась на лачугу. Луиза здесь. Когда она поймет, что я не так уж сильно ее ударила, то встанет, разозленная, и снова придется что-то придумывать.