Сердце Аксара, или Измена по-королевски

На окружающих будто немота напала, а еще — бледность. В этой напряженной тишине самообладание короля разбилось вдребезги:

— Я держу вас при дворе не для того, чтобы вы радовали меня молчанием, господа советники и смотрители!

— Ритуал развода не состоялся, вы остались связаны, как муж и жена, Ваше Величество, — дрожащим голосом произнес кто-то смелый. — А то, что на голове… к-хм, девушки появилась корона, означает, что мы должны принять ее, как королеву.

— Что-о? Нет! Никогда! — взвился Коршун и в подтверждение своих слов гулко ударил посохом о пол.

— Дитрич, вы сами свидетель, что…

— Мы не знаем, кто эта девчонка и что она может сотворить! Почему никто не думает о безопасности? Аксар и без того сейчас слаб, нам нельзя рисковать! Уэнделл, побудьте хоть пару минут Верховным Стражем и избавьте нас от проблем! Убейте ее!

— Тогда Его Величество останется вдовцом и не сможет иметь наследника! — возразил мужчина с бакенбардами.

— Нам придется пойти на это.

— Королевский род прервется! Этого нельзя допускать!

— Королевский род не прервется, пока жива Кларисса-Виктория, а она еще способна родить другого наследника!

— Она способна родить!

— Но не станет этого делать! Она еще помнит нанесенное оскорбление!

Мужчины кричали, спорили, чего-то требовали… А Его Величество Рейн Корбиниан слушал, слушал, что-то про себя отмечал.

Интересно, что у него на уме? Ох, зря я задалась этим вопросом: король посмотрел на меня, и хитрая улыбка тронула его губы.

— Уйдем? — предложил король.

Так и не получив моего согласия — я ведь не могла ни говорить, ни шевелиться — он перенес меня куда-то.

…Корона никуда не делась с моей головы при перемещении, только сдвинулась на лоб. Поправив ее, я опасливо взглянула на «мужа» и поняла, что это не Дитрич меня обездвижил, а Рейн. И так же, как и обездвижил, так вернул и способность двигаться. Мне в голову также пришла мысль о том, что с короной на голове я практически неприкосновенна в Аксаре, и только король, блистательный Рейн Корбиниан, может мне приказывать.

«Блистательный» поймал мой взгляд и, усмехнувшись, пошел куда-то в темноту. Замигали, заметались даймоны, чтобы успеть осветить ему путь.

Я оглянулась — мы оказались в комнате, которую при всем желании не назвать ни просторной, ни роскошно обставленной. Так, укромное местечко для одного человека.