Сердце Изнанки

Спинки дубовых стульев венчала искусная резьба, повторяющая тот же герб — словно молчаливое напоминание о древности и силе рода.

— Присаживайтесь, думаю все проголодались, нет необходимости манерничать, — Злобин указал на места.

Пока слуги разносили блюда, я всё размышлял об увиденном в червоточине. Та бездна за границей кармана реальности… Что-то в ней показалось мне знакомым. Словно я уже бывал там раньше, в прошлой жизни. Будто изнанка мне была ближе реального мира. Может быть дело в том, что граф оттуда призвал мою душу?

— О чём задумался? — голос Злобина вырвал меня из размышлений.

— Всё ещё о границе осколка думаешь?

И ведь будто в воду глядел.

— Да, Роман Михайлович, о ней, — я решил быть честным. — Было в ней что-то притягательное.

— Это морок Изнанки, — вступил в разговор Виктор. — Она умеет завлекать. Особенно тех, кто уже касался ее. — Он внимательно посмотрел на меня.

Слова паладина заставили задуматься — может, моя тяга к границе кармана как-то связана с прошлым? С тем, кем я был до того, как граф призвал мою душу?

— А вы неплохо держались в бою, господин Пылаев, — Виктор Степанович отложил серебряную вилку с гербом Злобиных.

— Особенно впечатлило, как вы расправились с тремя синими тварями в одиночку. Не каждый паладин справится с такой задачкой.

Дмитрий, до этого момента сосредоточенно изучавший содержимое своей тарелки, резко поднял голову:

— Сам справился? — в его голосе звучало неприкрытое удивление. — Без поддержки?

— Мы и оглянуться не успели, — кивнул командир паладинов, промокая губы вышитой салфеткой.

— Пока с зелёными разбирались, смотрю — а синих уже и нет. Только три туши на земле, — он одобрительно хмыкнул. — Чистая работа, надо признать.

— Могли бы и помочь, — заметил я, отправляя в рот кусочек превосходно приготовленной оленины.

— Вы же слышали приказ его светлости, — развёл руками Виктор. — Оранжевые и синие — ваша добыча. Вот мы и занимались своей частью работы.

Злобин, задумчиво покручивавший в пальцах ножку хрустального бокала, только отмахнулся:

— Всё правильно сделали.

У каждого была своя задача.

Он поставил бокал на стол, и отблески пламени из камина заиграли на гранях, высвечивая вытравленного в стекле волка:

— Ты ещё молод, Константин, — в его голосе появились почти отеческие нотки. Он подмигнул Дмитрию, — поэтому учись. Настоящему аристократу мало уметь закрывать червоточины и поглощать кристаллы. Нужно уметь грамотно распоряжаться трофеями.