Сердце Проклятого

Рядом с Седым на заднем сидении устроился низкорослый, но широкий в кости парень, более всего напоминавший габаритами тумбочку. Он жевал жвачку и не говорил ничего. Он был готов начинать хоть сию секунду — рядом с ним на темной перфорированной коже лежал укороченный и облегченный «калашников» калибра 5.45.

— Ты! — обратился Лысоватый к водителю. — Ияд! Сидишь за рулем. Никуда не бежишь. Ни в кого не стреляешь, если нет надобности. Твое дело не лезть под пули, а вывезти нас отсюда.

Водитель несколько раз кивнул.

— Только если другого выхода нет, понял?

Лысоватый на миг закрыл глаза, склонил голову и быстро-быстро задвигал губами. Он молился. Остальные последовали его примеру.

К запаху оружия примешался острый запах пота.

Нет людей, которые бы не боялись перед боем, есть только люди, которые умеют это скрывать. Но запах пота, перенасыщенного адреналином, скрыть невозможно. В нос шибало так, что хотелось опустить притонированные стекла внедорожника, только вот делать этого нельзя было категорически.

Молодой шабаковец поднес к глазам карманный бинокуляр и заулыбался, как девица на выданье.

— Вижу объекты, — сообщил он напарнику. — Точно они! Красавцы! Театр плачет!

— Посмотри, как за ними? Хвоста нет?

— Не вижу. Так, чтобы за ними кто-то шел… Не вижу.

Старший нажал кнопку вызова на мобильном.

— Видим туристов, — негромко произнес он в микрофон. — Готовимся к встрече. Установки те же?

— Да, — отозвались из штаб-квартиры. — Можете звонить.

Старший повесил трубку и снова набрал номер на клавиатуре мобильного, на этот раз другой.

Телефон в руке профессора Каца сыграл знакомую всему миру мелодию «nokia tunes».

— Мы видим вас, профессор.

Рувим подал знак Арин — не спешить, идти медленнее.

— А мы вас пока нет…

— Черный «ниссан-патруль», правее вас. Видите?

— Мы не будем выходить из машины. Идите в нашем направлении и садитесь на заднее сидение.

— Эффективный маскарад, профессор.

— Не очень, если вы нас узнали.

— Идите к машине.

— Похоже, что нам начало везти, — сказал Рувим Кац своей ассистентке. — Через сто метров мы вздохнем свободно. Возможно, что у нас будут неприятности, но мы будем среди своих. И нас не убьют.

— Но я бы советовал не расслабляться. Сто метров — это целых сто метров. Пошли, девочка моя?

Ближе к стоянке такси толпа поредела.

Туристы шли смотреть достопримечательности Старого города, профессор и Арин — пробирались в противоположную.