Сердце Проклятого

Внизу — от горизонта до горизонта — раскинулась жемчужно-зеленая Хайфа, нарядная и сверкающая, в оправе из невозможно синего моря, белой пены волн, набегающих на берег, и пышной зелени склонов. У изогнутой, как лук, причальной стенки приткнулись уставшие корабли, от порта вверх по зеленым склонам взбирались сотни домов с квадратиками солнечных батарей на крышах, навстречу зданиям струились лестницы Бахайских садов, утыкавшиеся в золотисто-шоколадную шапку усыпальницы Баба, некогда безосновательно утверждавшего вслед за Федором Михайловичем Достоевским: «Красота спасет мир!».

Увы, мир спасти не удалось! Основатель бахайской религии давно спал вечным сном в окружении геометрически правильных клумб, опрятных каменных дорожек, белых балюстрад и стриженой «под ежик» травы, а чистильщикам, как, впрочем, и миллионам других людей, было не до красот.

Молча и быстро собрав винтовки, они стали у края крыши, сверились с отметкой на присланной карте и через несколько секунд обнаружили микроавтобусы, остановившиеся неподалеку от дома с бассейном на крыше.

Бассейн был небольшой, но ярко-голубая вода на фоне выкрашенной в белое кровли смотрелась очень привлекательно. Хотелось немедленно окунуться, а потом усесться в полосатые шезлонги, стоящие тут же, взять в руки запотевшие бокалы с лимонадом или ледяным белым вином, и расслабиться.

Христо подстроил оптический прицел, внимательно осмотрел крышу, спустился взглядом вниз, по увитой плющом и диким виноградом стене, и уткнулся в прикрытые жалюзи, надежно скрывавшие все, что происходило на втором этаже — даже большой угол возвышения не давал ему возможности заглянуть внутрь дома.

— Доступа нет, — сообщил он Анри. — Простреливаю крышу, часть заднего двора. На втором этаже у них жалюзи. Деревянные.

— Вход? — спросил напарник.

— Вижу. Тут все в порядке.

— Интересно, есть ли второй выход?

— Не самая лучшая позиция, — констатировал Христо, оторвавшись от прицела. — Но лучше, чем ничего.

— Они должны выти на улицу. Или их достанут в доме наши арабские друзья.

— Кстати, что делают бойцы джихада?

— Готовы выдвигаться… Есть. Они пошли! Держу девять-двенадцать!

Стволы винтовок качнулись и замерли, пули в стальных оболочках скрылись в патронниках, готовые сорваться с места и смертельно ужалить свои жертвы.

На крыше отеля «Ноф» стояли два других стрелка.

Оружие у них было попроще: старенькие «галилы», выпущенные еще в семидесятые годы, но зато не чужие, а свои, ухоженные, пристрелянные собственноручно.