Сердце Проклятого

В какой-то момент со стороны казалось, что она перевернется, но та, зарывшись в землю на ладонь, осталась стоять, уткнувшись разбитым передком в ограждение усыпальницы Баба.

Люди, вышедшие, а вернее выпавшие, из разбитого минивэна сразу после остановки, напоминали пиратскую команду после неудачного абордажа — кровь, разорванная одежда, ссадины и рваные раны. Полет вниз по склону не прошел для них бесследно. На ногах держались всего четверо боевиков, трое их коллег остались лежать внутри микроавтобуса умирающими или мертвыми.

Водитель был еще жив, но из за руля выйти не мог: сломанную голень намертво зажало сорванным с креплений креслом.

«Ниссан» еще набирал скорость, когда эти четверо уже оказались у края балюстрады, и вновь загрохотали выстрелы. Пули ударили в корму «патфайндера», дырявя металл и вспарывая обшивку.

— Не поднимать головы! — крикнул Рувим и сам втянул ее в плечи, как мог, чтобы прикрыться хотя бы массивным водительским подголовником. — На пол, барышни! На пол!

Пуля вырвала клок из сидения правее его плеча и с чавканьем вонзилась в приборную доску.

Джип прыгал козлом, тяжело, с хрустом продавливая очередной кусок ограждения над террасами. Под ним что-то страшно скрежетало, и ухало, но колеса все еще не оторвались. В сравнении с этими утробными стонами умирающего внедорожника попадания пуль в корпус слышались, как безобидное стаккато. Из заднего сидения полетели ошметки, но Арин за секунду до того упала на пол и благодаря этому уцелела. Профессора защитил каркас водительского кресла, но в спину ему наподдало так, что он заорал, а вот Криницкой повезло меньше всех — пуля угодила ей в плечо, но, пробив на своем пути несколько препятствий, смятый кусок металла потерял скорость, и, войдя мышцу всего на несколько сантиметров, вызвал болевой шок. Марина на миг задохнулась, не в силах крикнуть, и осела, теряя сознание. Рукав ее рубашки залило красным.

Якуб и Зайд в эту минуту выбежали на террасу над Променадом. Старый бедуин мгновенно оценил положение — грохот выстрелов отчетливо доносился снизу, хотя стреляющих было почти не видно.

— Помоги им! — скомандовал он, не замедляя шага.

Якуб кивнул и присел у перил, сорвав с плеча свой «галил».

Зайд пробежал еще шагов пятьдесят и, поглядев направо, увидел человека, ловко скачущего вниз по искалеченным лестницам Бахайских садов. В руках у него виднелась длинноствольная винтовка, за спиной подпрыгивал легкий рюкзачок, светлая голова была непокрыта. Зайд встал, приглядываясь.