Сердце волка

— Я не смог бы прийти сегодня, — шептал Дэйн между поцелуями. — Но ты зовёшь меня, я слышу.

— Очень. Но ты всегда такая громкая. — Он крепче сжал меня в объятиях, зарываясь лицом в мои волосы. Дэйн всегда делал так во сне, но…

— Это ведь не сон… — прошептала я, борясь с отчаянным желанием обернуться.

— Не совсем сон, так будет вернее, Ро.

Я уже начинала сходить с ума от этих его губ и рук. Ощущения были намного острее и ярче, чем во сне. Там всё казалось спокойнее и мягче, а здесь…

— Дэйн… кажется, я горю.

Он потёрся носом о мочку моего уха, и я хихикнула.

— Поверь, это всего лишь маленький огонёк.

— А оборачиваться почему нельзя?

— Тогда я исчезну. А ты так хочешь меня увидеть? — Его голос стал таким лукавым, что я поневоле улыбнулась.

— Это хорошо. А теперь рассказывай свои новости. Что тебя беспокоит, Ро?

Я гордилась собой, потому что смогла собраться, несмотря на отвлекающие меня руки и губы Дэйна, и рассказать о событиях последних двух дней и моих опасениях по поводу будущей работы.

— Не торопись. И не волнуйся. Работа сама тебя найдёт.

— Ро, мне нужно уходить сейчас. Но завтра я приду в твой сон, и мы всё обсудим более подробно, хорошо?

Я разочарованно вздохнула.

— Дэйн… А если я обернусь с закрытыми глазами, ты, возможно, исчезнешь не сразу?

Его смех пощекотал мою щёку.

— Кажется, я знаю, что ты задумала.

Он выпустил меня из рук, и я, зажмурившись, резко развернулась, чтобы секундой спустя поймать своими губами жаждущие, нетерпеливые губы Дэйна, и ощутить у себя в груди настоящий лесной пожар.

Поцелуй продолжался всего несколько секунд, а потом Дэйн исчез, растворился, оставив в моих руках лишь пустоту. И только бешено колотящееся сердце и горячие, искусанные губы напоминали мне о том, что всё это мне действительно не приснилось.

Мы въезжали в Лианор на рассвете. Ночью немного похолодало, поэтому я куталась в большой шерстяной платок, одолженный мне Грэем, и украдкой подносила кончики пальцев к губам, чтобы согреть их.

Именно сейчас, сегодня, начиналась моя новая жизнь. В этом городе, скрытом за белой каменной стеной, из-за которой уже начинало показываться ярко-малиновое рассветное солнце.

Гал сказал лишь пару слов стражникам у центральных ворот, и, к моему удивлению, карету свободно пропустили.