Сердце волка

— Рональда, ты могла бы вернуться… ради меня?

Вот тут я задохнулась по-настоящему.

Зачем Вожаку просить об этом?

И даже если он попросит… разве это что-то изменит? Разве это изменит моё прошлое, тысячи брошенных камней, предательство брата, презрение окружающих, отречение… Родителей, которые меня никогда не любили, жестокие слова, сказанные мне в совершенной уверенности в собственной правоте?

Я больше не хотела быть жабой. Никогда. Ни единой секунды.

И Нарро прочёл ответ на свой вопрос в моих глазах до того, как я его озвучила.

— Нет. Я… не могла бы. Нет, дартхари.

Впервые в жизни он опустил голову. Он, не я.

И вдруг он, вздохнув, крепко прижал меня к себе. Как в тот вечер, перед моим отъездом. И со слезами, вскипающими в глазах, я поняла — прощается.

Нарро прощался со мной, и теперь уже — навсегда.

Большая рука пробежалась по спине, погладила волосы, задержавшись на затылке.

— Прости меня, Рональда. Прости меня, девочка. Прости за то, что так и не дал тебе того, чего ты всегда заслуживала.

— Ты ничего не знаешь, Рональда. Я глупец, слепец и трус. И…

— Нет-нет! — закричала я, обнимая его изо всех сел. — Не говорите так! Вы самый лучший, вы… Если бы не вы, я бы не смогла… Я бы умерла, понимаете? Только вы давали мне силы всегда… Одно ваше присутствие!

Я говорила правду. Тогда, после Ночи Первого Обращения, меня поддерживали только мысли о дартхари.

— Не вините себя ни в чём! Я…

Я задохнулась.

Так я подумала однажды, так подумала и сейчас.

— Спасибо тебе, Рональда. Будь счастлива, — произнёс Нарро негромко, и я чуть не умерла, когда он прижался горячими губами к моему виску. Потом к щеке, и наконец к уголку рта. Всего на мгновение.

— Буду, обещаю, — почему-то ответила я.

Развернулся и… ушёл, не оборачиваясь.

А я упала на траву, сжала кулаки и, чувствуя, как прорвавшиеся когти на руках впиваются в кожу и на землю капает тёплая кровь, тихо, но горько заплакала.

Я вернулась к Эллейн и Эдди спустя пятнадцать минут, когда мне удалось унять слёзы и, умывшись прохладной водой из пруда, привести в порядок лицо.

Она что-то рассказывала ему, сидя на лавочке. Я не слышала ни слова, но её тихий и серьёзный голос успокаивал и убаюкивал. Вот и Эдди притих на коленках герцогини.

Я выдавила улыбку на губы и подошла ближе.

Эллейн заметила меня первой.