Сердце волка

А в следующее мгновение подскочил к ближайшему дереву и ударил кулаком по его поверхности. Раз, ещё раз, и ещё…

Испугавшись, я бросилась вперёд и встала между деревом и Грэем. Глаза мужчины яростно сверкали, костяшки пальцев были разбиты в кровь, но он всё-таки остановился и, тяжело дыша, уставился на меня.

— Перестань, пожалуйста! Я тебя прошу! Ну зачем ты бьёшь это дерево?! Оно-то здесь при чём?!

Грэй хрипло рассмеялся.

— Тебе больше всех жалко деревья, да? Ты… лесная девочка…

Я покачала головой и отступила назад, упираясь спиной в широкий ствол многострадального дерева.

— Зачем ты так, Грэй? Каждому ребёнку нужна мама, я понравилась Эдди, вот и всё. Он же маленький. А про Лил он знает, император рассказал и портрет даже показал.

— Он сказал, чтобы я не лишала Эдди такой возможности. И я… я просто не могла заставить его перестать называть меня мамой. Да и… наверное, не хотела. Прости. Всё очень запуталось…

Несколько секунд мужчина смотрел на меня, не мигая.

Пристально, изучающе, и от этого взгляда мне почему-то хотелось спрятаться.

Чаще всего Грэй был очень милым, но я знала, что он может быть и таким. Властным, жёстким, тёмным.

— Да, ты права. Всё очень запуталось, — сказал он тихо, а потом медленно и неспешно подошёл ко мне, наклонился и поцеловал.

Я и не подозревала, что поцелуи одного и того же человека, разделённые всего несколькими часами во времени, могут настолько отличаться между собой.

Первый — нежный, ласковый танец, трепетный и мягкий. А второй…

Грэй так сильно прижался к моим губам, а потом и ко всему телу, что я ударилась о дерево затылком и спиной. Дыхание перехватило, и я на несколько секунд потеряла способность соображать.

Если бы кора была мягкой, Грэй бы вдавил меня в неё. Но она была твёрдой, и казалось, что мужчина сейчас расплющит меня между собой и деревом.

И губы… они горели от подобной жадности. Больно!

Но потом, когда Грэй вдруг обхватил ладонями моё лицо, я поняла — мне всё равно, как именно он меня целует.

Пусть даже так… Я обняла его за шею, стараясь придать хоть немного мягкости этому поцелую, больше похожему на что-то лихорадочное.

Я не заметила, как мы переместились на землю. Только почувствовала, что под затылком больше нет коры, и что я нахожусь не в вертикальном положении, а в горизонтальном — я лежала на траве, и Грэй опустился сверху.