Сердце волка

Дэйнар остановился под каким-то деревом, вытер пот со лба и огляделся по сторонам.

Лес как лес. Только уж больно неухоженный, совсем дикий. И птицы не поют, не то, что в Северном. Неужели это всё из-за аксалов? И кстати, интересно, почему они не приходят в Северный лес? Никаких границ нет, вполне могли бы и туда добежать, однако не делают этого…

«Летать-то они не умеют, — подумал мальчик, широко улыбнувшись, — зато вполне способны лазать по деревьям!»

Немедленно отскочив от ствола, Дэйн встретился взглядом с небольшим зверьком, действительно напоминавшим маленького ободранного волка.

— Ну, здравствуй, — тихо сказал Дэйн, рассматривая его в ответ. — Значит, ты и есть аксал… Интересно, мальчик или девочка?

Зверёк недовольно заворчал, а потом, резко оттолкнувшись от ствола, прыгнул.

Почти сразу морда у аксала удивлённо вытянулась, ведь жертва, вместо того, чтобы нападать, кричать боевые кличи, выхватывать из-за пояса ножи или вилки (да-да, юные оборотни чаще всего именно с таким оружием охотились на аксалов), ну или хотя бы в панике спасаться бегством… Вместо всего этого жертва звонко расхохоталась.

Зверёк приземлился рядом с Дэйнаром, настороженно разглядывая своего «соперника».

Мальчишка опять засмеялся.

— Ну и чего ты встал, как неродной? Иди сюда, я тебе сухарей дам, — сказал Дэйн и достал из кармана штанов горсть сухарей. Он всегда носил их с собой — это была его основная еда последние пять лет жизни.

Зверёк некоторое время неуверенно топтался на месте, но потом всё-таки медленно приблизился к Дэйнару и сунул острую мордочку в протянутую ладонь.

Мальчик опять рассмеялся, и тогда аксал решился попробовать неизвестное угощение.

Всего через несколько секунд Дэйнар вытирал о штаны обслюнявленные ладони.

— Ну и горазд же ты жрать, приятель, — восхитился он, пока зверёк просительно заглядывал в глаза мальчику и немного поскуливал, выпрашивая ещё лакомства.

Дэйнар догадывался о причине такого странного поведения аксала. Он давно заметил, что действует на птиц и зверей как-то странно. Стоило ему заговорить с кем-либо из них, как животное уже доверчиво подходило ближе, а от звука смеха маленького горбуна любой зверь становился ручным, давал себя погладить и взять на руки.

Почему так, Дэйнар не представлял.