А так… барахтаемся потихоньку. По людям не побираемся.
– Чего ты говоришь-то, Валер!
– Правду говорю, Тань! Они, видишь, как на нас смотрят! Без понимания."
"– Наоборот, с пониманием, – сказала Марина довольно фальшиво. – Вот моя внучка тоже в театральный поступает, и я тоже не могу понять, зачем!.. Что там хорошего, в этой профессии?
– Ничего хорошего, – согласился Валера. – Стыдоба одна. Я у своей так и спрашивал: ты чего, хочешь голой в телевизоре прыгать, поцелуйчики, постельные сцены! Или понарошку с автоматом в окопе лежать! Как про войну кино, из современных, так непременно бабы на передовой с автоматами лежат! Тут мужики, а рядышком бабы! И все лежат! И ты туда же?!
– Да это еще хорошо, если в кино будут снимать, – подхватила Марина.
– Хуже, если совсем никакой работы не будет!
– Во-во.
– Так я чайку, – решительно объявила Татьяна. – Валер, мож, в беседке сядем? Я вчера помыла, чисто там!
– У нас собака в машине, – сказал Липницкий. – Можно ее на участок?
– Чего ж нельзя! – развеселился мужик.
– А наша померла собака. В зиму. Хорошая была, умная псина!.. По грядкам сроду не носилась!
– И добрая, – вставила Татьяна. – Чужих ни за что за ограду не пустит, а своих любила!.. Сейчас ждем щеночка, Витюшка обещал. Получается, ихняя сука нашей Бульке родная сестра, только младшая! А мы тех же кровей собачку хотим. Да вот фотография, Валера в прошлом году с нашей на рыбалку ездил!
И она сунула Марине в руки Валерину фотографию. Марина посмотрела. Валера сидел на бревне, держал на вытянутых руках зеленую щуку так, чтобы она казалась гигантской, а рядом примостилась лохматая собачища, и вправду гигантская, хотя на руках ее никто не держал.
– Московская сторожевая, – сказала Татьяна с гордостью и протерла стекло своим полотенцем. – И добрая!..
…Да уж, подумала Марина Тимофеевна. Про собаку Джессика тоже наврала! Может, из нее выйдет писательница, а не актриса? Раз уж она так виртуозно складывает небылицы?!
Липницкий вышел за калитку, Марина постояла на крыльце, посмотрела из-под ладони налево и направо, неторопливо спустилась и огляделась еще раз.
Участок большой и весь обработанный, ни одного свободного места.
В палисаднике цветы, нарциссы и тюльпаны, вдоль дорожек анютины глазки. Дорожки все засыпаны гравием, с кирпичным бордюром. Кирпичики поставлены углом, как положено, чтоб красиво. У забора яблони и вишни, за ними длинные накрытые грядки. За домом парники и лужайка с качалкой, а дальше сараи.
