Да, она чувствовала, как чужие руки подняли ее, чей-то палец, смазанный маслом, вонзился в ее анус. А следующее прикосновение к нему же было уже холодным – это был кол… Но рабыня не обращала на все это внимания, лишь слезы продолжали течь по ее лицу, но тут уж она была не властна. Она ощутила, как острый кончик легко скользнул в смазанный зад, как спустившиеся ниже слуги потянули ее за ноги, плотнее насаживая на кол… Тело девушки медленно поползло вниз, острие скрылось внутри ануса, растянув его до неимоверных размеров, ибо толщина кола была чрезмерной.
Это было очень больно, но рабыня лишь крепче сжала зубы, решив молчать, пока сможет, пока хватит на это сил. Лицо ее стало одухотворенным, глаза устремились куда-то вдаль, она уже видела что-то, совершенно недоступное остальным, что-то такое, отчего ее губы раздвинулись в какой-то странной гримасе. Лишь слезы продолжали потоком течь по лицу. Именно это молчание и мертвый взгляд поразили Ларну с Нарин больше всего, и каждая из них спрашивала себя, а выдержала бы такое она сама так же молча? Время шло, тело сползало ниже, но рабыня продолжала молчать, лишь иногда дергались крепко сжатые губы.
– Посмотрите, госпожа ард-капитан, – обратился к Ларне работорговец, – до чего же красиво она смотрится на колу. А когда кончик его выходит изо рта, зрелище становится поистине потрясающим…
Она глянула еще раз на несчастную девушку, сидящую на колу – он был настолько толст, что та даже еще не сползла до предохранителя. Как ни удивительно, но Фатунг был прав – в свете поставленных внизу факелов темно-красный кол и торчащее на нем красивое девичье тело смотрелись частью какой-то странной фантасмагории.
Странности этой картине добавляли закружившиеся в хороводе вокруг кола рабыни. Их легкие платьица взлетали под потоками воздуха, на лицах их Ларна видела слезы, но вслух плакать не решалась ни одна, боясь разделить участь казненной. Она перевела взгляд на работорговца и несколько удивилась – тот был возбужден до безумия, беспрестанно облизывая губы и ерзая на месте.
Девушка глянула ниже и едва не усмехнулась – халат оттопыривался. Она тяжело вздохнула – раз хозяину так нравится подобное зрелище, то рабынь тут, как видно, сажают на кол часто, по поводу и без оного. Хорошо хоть эта гордая девочка достанется ей и кроме ужаса и некоторой боли бедняжке ничего не угрожает – предохранитель не даст ей сползти ниже и повредить внутренности. Хотя вывести ее из психологического шока будет ой как нелегко.
