Серый кардинал

Связи в банковских кругах позволили Солоницыну взять достаточно солидный валютный кредит для закупки в Англии новой технологической линии. С англичанами предстояло рассчитываться достаточно долго, но Солоницын твердо усвоил для себя правило: чтобы зарабатывать деньги, надо их тратить.

Не успел он ознакомиться со всеми событиями, произошедшими в его отсутствие, как секретарша сообщила Альберту Романовичу, что звонят из какого-то акционерного общества.

— Хорошо, соедините, — буркнул Солоницын, вообще не слыхавший о таком АО.

— Альберт Романович, с приездом, — приятный мужской голос, но у Солоницына сразу же испортилось настроение.

— С кем я говорю? — спросил он, хотя прекрасно понимал, с кем говорит.

— Забываете деловых партнеров, Альберт Романович, — укоризненно произнес голос. — «Терра» это.

— О каком партнерстве может идти речь? — настроение Солоницына теперь было испорчено окончательно. — Я ни от кого не слышал ни о какой «Терре», разве только от вас.

— Ну-у... — пророкотала трубка. — Зря вы так, честное слово, зря. Нас многие знают.

— И этим многим вы тоже предлагаете торговать ворованным металлом, как и мне?

— Ай-ай-ай, Альберт Романович, зачем же такие домыслы высказывать, да еще по телефону? Почему же ворованным? Вашим, вашим металлом, кровным, так сказать. А мы беремся продать его с большой выгодой — с выгодой для себя и для вас, естественно.

— Слушайте, я ведь вам неоднократно объяснял: у меня металлургический завод, у меня машиностроительное производство. Я продукцию должен производить, а не сырьем спекулировать.

— Значит, вы отказываетесь с нами сотрудничать? — по голосу не чувствовалось, что собеседник слишком раздосадован, а тем более разочарован. Нет, это был тон провокатора, понимающего, что провокация удалась, и теперь приступающего к новому витку в отношениях с провоцируемым.

— Да, я отказываюсь с вами сотрудничать.

— Мы нанесем вам визит. По телефону и в самом деле как-то неудобно общаться.

— Не надо никаких визитов! — вспыхнул Солоницын. — Я не буду с вами разговаривать.

— Это вам сейчас так кажется, — словно сам рок говорил голосом собеседника. Неотвратимость чувствовалась в этом голосе.

Альберт Романович почувствовал, что растерян. Да, он не знает, как ему поступить.