Пересекался я с разными людьми, и по службе, как сказал один холуй от поэзии, и по душе. Иногда раз в десять полезнее знать близко одну официантку или «челнока», чем десятерых профессоров университета.
Подошел официант. Они заказали две бутылки шампанского, салат и кофе. Бирюкову после передряги, в которую они попали, ни есть, ни пить особенно не хотелось, Клюев не стал возражать.
— Счастливо, Николаич, — сказал он, пожимая руку Бирюкову на прощание. Не очень у нас день удачным выдался. А ведь пасхальная неделя, должно бы все красиво получаться, благостно.
В чем-то мы согрешили. Ладно, переломим, как говорится, ход событий.
«Я-то точно согрешил, — думал он, направляясь на свою квартиру — естественно, «официальную», где надо будет «отметиться», — нескольких на тот свет отправил. Но ведь я воин по профессии и назначению. Многие религии благосклонно относятся к воинам, убийство на войне вроде бы и убийством не считается. Можно сказать, я совершил поход к гробу Господню. Тенгиз — христианин, я — христианин.
Ладно, не в грехе, наверное, дело же... Денек — убей и воскреси. В первой половине дня беседа по душам с мудаком Широковым, который запросто может и телефон «на кнопку» взять, и в почтовый корреспонденции рыться велит, и «наружку» приставит. Тогда прости-прощай «логово», отлежаться негде будет. Во второй половине дня — ОМОН этот. А может, не ОМОН все же? Форма вроде бы не их, мельком в окно видел, темнело уже. Да нет, менты точно...»
Люди стараются обойти смертельную опасность и делают они это скорее подсознательно.
Те, у которых каким-то образом блокирован механизм предвидения опасности, гибнут в авиакатастрофах, на них падают тяжелые предметы, на них в подворотнях грабители нападают гораздо чаще, чем на среднестатистического обывателя. Индивидуум с хорошо развитым чувством опасности сдает в самый последний момент билет, и самолет, совершающий рейс, на который билет был куплен, разбивается. Он раздумывает идти на вечеринку, а на следующий день узнает, что в том доме взорвался газ, полдома разнесло вдребезги — разумеется, квартира, в которой собирались ка вечеринку, находилась в разрушенной половине дома.
Клюев остро чувствовал грядущую опасность. Но при его роде занятий избегать опасности было бы, мягко говоря, неуместно. Это было бы равносильно тому, как если бы балерина избегала всяческих нагрузок на голеностопный сустав. Смертельную опасность побеждают не осторожные, ее побеждают мудрые, осторожные ее избегают.
