Серый кардинал

Клюев же учился стрельбе, как, собственно, и другим способам обезвреживания противника, на основе спрессованного опыта столетий, потому его путь оказался более коротким и более успешным, чем у героев салунов, успевающих выхватить револьвер, выстрелить и снова его спрятать быстрее, чем кто-то сообразит, что же произошло на самом деле, как о том повествуют анекдоты.

Находясь метрах в пятидесяти от своего дома, Клюев чувствовал, нечто вроде удовлетворения, которое любой нормальный человек назвал бы извращенным — все в порядке, его поджидают, чтобы нанести ему максимально возможные увечья.

Напротив подъезда висел на столбе фонарь, в круг которого как раз и входил Клюев. Входил шатко и валко, энергично шаркая подошвами, запрокидываясь назад и неожиданно наклоняясь вперед. То есть, очень похоже изображал состояние опьянения выше среднего. Если кто-то наблюдает за ним сейчас, а он просто кожей чувствовал — наблюдают, то сомнений у них не возникнет: «клиент» или — что гораздо более чревато последствиями — «объект» основательно надрался.

На скамеечке у подъезда никого нет. Что же, если... «Если» состоялось. Звук, не громче, чем от лопнувшего бумажного пакета, раздался сбоку, слева. Свист над головой слева и сверху — в десяти сантиметрах, в пятнадцати? — заставил Клюева рухнуть на асфальт. Падал он вроде бы тоже бездарно, как и должен падать человек, которого внезапно шарахнули по башке — обрезком водопроводной трубы, мешком с отрубями или пулей калибра девять миллиметров. Но до того, как коснуться асфальта правым боком, Клюев успел выхватить из-за пояса пистолет.

Моментально, словно внезапно включившаяся дрель, он стал вращаться вокруг собственной оси, перекатился через спину, а потом оказался стоящим на левом колене. Выпустить три пули подряд в возникшую вдруг перед ним темную фигуру было делом техники — совершенной техники, безукоризненной техники. Человек качнулся, — что-то стукнулось о бетонную ступеньку. Клюев молнией метнулся, успел подобрать упавший предмет, кажется, раньше, чем тяжело рухнуло со ступенек на асфальт лишенное воли и рефлексов тело.

Этот выскочил навстречу из подъезда, второй стрелял из подвального окошка. Сколько их еще?

Длинным прыжком Клюев преодолел крыльцо и еще метра два пространства. Едва коснувшись ногами твердой почвы, резко замолотил ими, уходя вдоль стены — стрелку из подвала понадобится всего несколько секунд, чтобы появиться на крыльце и прицелиться. Оставалось еще два подъезда и отрезок от крайнего подъезда до угла.