А дом я специально таким сделал, пойми, это Россия – меня должны бояться и уважать. И небольшой, со вкусом построенный дом здесь будет расценен, как моя слабость и финансовая несостоятельность. Здесь нужно строить так, чтобы все видели, что бабла у меня столько, что не знаю, куда уже деть. Вот поэтому вазы эти, канделябры, люстра… а твою комнату… я лучшего дизайнера нашёл. Я знал, что тебе понравится. Не хотел, чтобы ты в пошлятине жил. А вот мне приходится так жить, и вот это всё, – Прохор показал на цепь на шее, руке и на перстень с рубином.
– Думаешь, это для чего? Для наших лохов. Одень я элегантные, скромные часы, меня за лошару все примут. А так, вот обвешался цацками, и народ сразу зауважал. Такова особенность жизни здесь, и от этого никуда не уйти, приходится соответствовать… и жена моя – Аделина, я знаю, что она любит мои деньги. Но ты уже понял, для чего она мне – она идеальна в поведении, и я готов ей за это платить.Прохор отошел от Кая, закурил, потом глухо заговорил: – Была у меня любовь… я настоял, чтобы аборт сделала… не мог я на ней жениться… хотя и сейчас люблю… – Ты видишься с ней? – Нет.
Я и так ей жизнь сломал… – Прохор, но ведь так жить тяжело… – Нет – легко. Нужно только убрать всё лишнее и наслаждаться жизнью, что я и делаю, – Прохор всё это сказал сухим голосом без эмоций и чувств, – и вот, о чём я с тобой хотел поговорить, – он выкинул сигарету и посмотрел Каю в глаза, – забудь его. Пока ещё не поздно – забудь! Выкинь из сердца, из души.
Не ломай свою жизнь. У тебя и так столько боли, что же ты делаешь с собой. Зачем тебе эта боль… – О чём ты, Прохор, говоришь,.. – побелевшими губами прошептал Кай. – О японце твоём, о Тоями… Послушай меня – я тебе уже говорил, что приму тебя любого… даже если ты геем станешь. Но я сейчас о другом говорю, – Прохор подошёл к лавке, на которой сидел бледный и прерывисто дышащий Кай, и опустился перед ним на одно колено, взяв его руки в свои, – пойми, полюбив мужчину, ты обрекаешь себя на страдания.
Ты рушишь свою жизнь и его. У вас никогда не будет семьи, той правильной семьи… детей… конечно, можно суррогатных плодить, но разве это настоящие дети? А жить как вы будете? Скрываться вечно. Нет, понятно, есть в Европе города, где это не осуждают, но всё равно вы будете изгоями из общества. Подумай обо всём этом. Я не хочу, чтобы ты жил с разбитым сердцем. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Понимаешь, счастлив.
