И как я могла обосновать свое желание развестись, если Никита не давал поводов и все упиралось в банальное наличие у меня другого мужчины?
А лишать себя права на получение половины нажитого в совместном браке я не собиралась. Я же подарила мужу свои лучшие молодые годы. Может, это вдохновленный мной он так усердно и плодотворно работал?
К тому же я не собиралась лишать себя того, к чему привыкла за эти годы. Антон, к сожалению, не мог мне дать и сотой доли того, что я имела в браке с Никитой."
"Поэтому единственным решением в такой ситуации было поймать Никиту на измене.
Но как это сделать, если он такой правильный у меня? За все годы нашей совместной жизни он не дал мне ни одного повода усомниться в нем. Его, похоже, все устраивало в нашей семейной жизни.
А вот мне с каждым разом все тяжелее и тяжелее было отвечать на его ласки. Он больше не разжигал во мне желания. Что изменилось? Вроде, он был также страстен и напорист. Не забывал обо мне. Но меня уже не заводило.
Толковых мыслей о том, как развести Никиту на измену, в голову так и не приходило.
И тут объявилась Моника, моя младшая сестра. Ей вдруг приспичило вернуться в Москву, сбежать от своего американского папочки.
Она, хоть и сестра мне, но не могу сказать, что отношения между нами были теплыми, сестринскими. Она для меня всегда была какая-то чужая. Все-таки, отцы-то у нас разные. Когда она только родилась, я просила маму отнести ее обратно в больницу. Она мне казалась страшненькой и к тому же она забрала у меня маму.
Ну, мне так тогда чувствовалось.
Когда в моей жизни появился Никита, я видела, как на него смотрела Моника. Он, конечно, ничего не замечал. Нормальные парни не обращают внимания на десятилеток.
А Моника по-своему, по-детски, пыталась привлечь его внимание. Получалось у нее не очень. Даже плохо. Так плохо, что ее отправили к ее папашке на перевоспитание.
Мама потом рассказывала, что, в день нашей с Никитой свадьбы Моника сбежала из дома и ее нашли где-то под мостом на окраине Парижа.
Она сидела там и ревела. Папа ее тогда был очень напуган и отправил ее на реабилитацию в дорогую клинику. Там, похоже, ей вправили мозги. Она, вроде, как успокоилась и даже стала хорошо учиться. Но всякий раз при разговоре интересовалась у меня, как дела у Никиты. Мне тогда это казалось забавным.
И, вот, когда мама сообщила, что Моника переводится в Москву, я ухватилась за эту возможность. Это было как нельзя вовремя.
Я по-сестрински предложила ей пожить у нас.
