- Везет же тому, кто трахает ее! – ну, вот, как спокойно реагировать на такое откровение?
- За языком следи, - строго говорю я пацану.
- Да, ладно, - усмехается он, - я б ей вдул!
Блять, парень нарывается.
Я хватаю его за шею сзади и немного пригибаю.
- Я тебе что сказал? Рот свой закрой.
- Ты чего, дядь, я ж пошутил, - до него, наконец, доходит.
- Иди отсюда, - я легонько толкаю его в сторону.
Пацан семенит с лопатой наперевес, даже не оборачиваясь.
Пиздец. А Густав-то, похоже, был прав, грозясь запретить Монике посещать такие места.
Как я теперь спокойно смогу жить, зная, что она опять сюда поехала?
Наконец, Моника со Светой подходят ко мне.
- Нам пора, - Моника гладит девочку по голове.
- Когда ты приедешь в следующий раз? – Света заглядывает ей в глаза.
- Через неделю, - отвечает Моника и я уже знаю, чем займусь в следующую субботу.
Глава 20.
Вечер субботы. Мы быстро доезжаем до Москвы, а потом и до моего дома.
Я начинаю раздевать Монику еще в лифте, задирая ее майку и расстегивая лифчик.
Она прижата к стене моим телом и наверняка животом чувствует мою эрекцию. Наши губы соединены в диком, каком-то безудержном поцелуе.
Ее рука протискивается между нашими телами и ложится мне на ширинку. Но тут открываются двери лифта. Перед ними стоит моя соседка. Очень интеллигентная старушка неопределенного возраста в шляпке с вуалью.
Проходя мимо нее, я тихо здороваюсь, Моника смущенно отворачивается. Старушка молча заходит в лифт с плотно зажатыми губами.
Мы заходим в квартиру, давясь от смеха.
Но он прекращается сразу же, как только Моника стягивает с себя майку и ведет плечами так, что уже расстегнутый мной лифчик падает к ее ногам. Я хватаю ее за шлевку джинсов и притягиваю к себе. Не отрывая глаз от ее лица, просовываю пуговицу в петлю и тяну собачку замка вниз. Встаю на колени и стягиваю с нее джинсы вместе с трусиками. Она перешагивает через них.
Поднимаюсь, приподнимаю ее и сажаю на комод прямо в коридоре. Смотрю на низ живота и понимаю, что она уже тоже возбуждена, потому что ее складочки блестят от выделенной влаги.
Веду языком по синей, бьющейся чаще и чаще ниточке на шее, потом по скуле и накрываю ее губы. Мой язык сразу же проникает внутрь ее рта и подавляет ее там, указывает ее языку, какие движения совершать.
Моника нетерпеливо пытается расстегнуть ремень на моих брюках. Получается у нее это не очень. Она вырывается из моего поцелуя, чертыхается и смотрит вниз, помогая своим рукам справиться с ремнем. Наконец, ей это удается.
