Я закинула руки ему на плечи, поглаживая шею, короткие после армии волосы, и отвечала ему со всем пылом, тоже безмолвно признаваясь, что и я скучала эти долгие два года.
И тут сзади раздался топоток маленьких ног, и звонкий голосок произнес:
- Ма-ма…
Юнги замер, несколько секунд, не моргая, смотрел в мое лицо, не прерывая поцелуя, а сын повторил:
- Ма-ма!
Я почувствовала, как тело мужчины закаменело, он оторвался от моих губ и посмотрел куда-то мне за спину. Лицо его выражало полнейшее недоумение.
А Юнчик остановился на месте и, кажется, тоже не мог понять, что за человек обнимает его маму."
"Руки Юнги разжались и упали вдоль туловища, и я смогла сделать шаг назад.
А он опять посмотрел мне в глаза и спросил:
- Анна… Это…
Я повернулась к сыну, но ответила его отцу:
- Это Юн Сок. Мин Юн Сок.
Шуга перевел взгляд на малыша, потом опять на меня, сглотнул, словно у него пересохло в горле:
- Подожди!.. Это что – твой сын? Нет, не так! Это МОЙ сын?.
.
Я молча покивала. И тогда этот суровый рэпер обошел меня и сделал несколько шагов к Юну. Присел перед ним на корточки, несколько минут они смотрели друг на друга – карие глаза и светло-бирюзовые – а потом мой кроха произнес по-русски:
- Па-па…
Юнги рухнул на колени, потом оглянулся на меня, и такая растерянность была в его взгляде:
- Что он сказал?..
А я по-корейски сказала малышу:
- Да, сынок! Это твой папа!
- Ап-па, - послушно повторил Юн.
И тогда Юнги протянул руки к мальчику и внезапно охрипшим голосом сказал:
- Иди ко мне, малыш!
И тот послушно подошел и, протянув ручонку к уху мужчины, прикоснулся к небольшому колечку-серьге, заинтересовавшись блестящей штучкой.
Юнги осторожно сгреб его в объятия, поднялся на ноги и повернулся ко мне. Я так и стояла на месте, не в силах сдвинуться.
- Анна, это МОЙ сын! Мой мальчик! Почему… Почему ты мне не сказала?..
Я почувствовала, как предательский румянец ползет по щекам.
- Когда бы я сказала тебе? Сначала вы мотались по всей планете с туром, а потом ушли в армию…
- Боже!.. Сколько ему уже?
- Полтора года.
- Но это значит, что…
- Да, в самый первый раз. На мой день рождения, - ответила я, догадавшись, что он имеет в виду.
А Юнги все смотрел на малыша:
- Какой красивый! У него твои глаза…
- А разрез глаз и губы – твои.
- Сынок, я твой папа!
- Па-па, - покладисто повторил Юн.
