Север и Юг

— Ничего страшного, папа! Тебе наверняка удастся убедить хозяина сменить обои хотя бы в двух комнатах — в гостиной и вашей спальне, — так как мама будет проводить там много времени, а в столовой значительную часть аляповатых стен скроют твои книжные полки.

— Значит, этот вариант ты считаешь лучшим? В таком случае сейчас же поеду по указанному в объявлении адресу к мистеру Донкину, но прежде отвезу тебя в отель, чтобы ты могла заказать ленч и отдохнуть. Постараюсь вернуться к тому времени, как накроют стол.

Может, удастся договориться о новых обоях.

Маргарет тоже на это надеялась, хотя и промолчала. Она никогда не разделяла приверженности к орнаменту, тем более плохому, и отдавала предпочтение спокойным тонам — в ее представлении они служили необходимым условием элегантности. Отец проводил ее в отель, оставил у подножия лестницы и поехал по указанному в газете адресу, чтобы встретиться с хозяином выбранного дома. Едва Маргарет взялась за ручку двери, как к ней поспешно подошел коридорный.

— Прошу прощения, мэм. Джентльмен уехал так поспешно, что я не успел ничего ему сказать. Мистер Торнтон заходил почти сразу после вашего отъезда. Поняв со слов джентльмена, что вы вернетесь через час, я так ему и передал. Мистер Торнтон явился снова, примерно пять минут назад, и решил дождаться мистера Хейла. Сейчас он в вашем номере, мэм.

— Спасибо. Отец скоро вернется, и вы сможете его предупредить.

Маргарет открыла дверь и вошла — уверенно, спокойно, с достоинством. Смущения и неловкости она не испытывала: опыт светских салонов не прошел даром.

Некий джентльмен пришел к отцу по делу, а поскольку он проявил любезность, она намеревалась встретить его со всей возможной вежливостью. Мистер Торнтон удивился и растерялся куда больше, чем она. Вместо степенного священника средних лет перед ним предстала ослепительно красивая молодая леди — совсем непохожая на тех молодых леди, которых он привык видеть, — хотя и одетая очень просто: маленькая элегантная соломенная шляпка, украшенная белой лентой; темное шелковое платье без намека на рюши и воланы; большая индийская шаль, стекавшая к полу длинным тяжелыми складками и напоминавшая королевское облачение. Не успев понять, кто это, он встретил открытый, прямой, невозмутимый взгляд: присутствие постороннего не отразилось в точеных чертах лица и не окрасило румянцем чистую нежную кожу. Торнтон слышал, что у мистера Хейла есть дочь, но считал ее маленькой девочкой.