Северная Корона. Против ветра

Все эти вещи Нику притягивали, и каждую из них она сто раз повертела в руках. Рисовать девушка очень любила, правда, в последнее время с творчеством у нее не ладилось.

– Никита! – воскликнула она с неожиданным восторгом. Если сначала она была полностью опустошена, то сейчас ее эмоции выскакивали наружу – в душе Ники им явно не хватало места. Девушке как раз не хватало эмоциональной разрядки, и Кларский интуитивно это чувствовал. – Никита! Это же… это же так классно! Спасибо!

Он, сидя на подоконнике и наблюдая за подругой, улыбнулся.

Девушка открыла одну из коробочек с баночками красок – витражные, как понял неискушенный в живописи Никита. Если честно, когда он покупал все эти вещи, то не думал, что какие-то краски и кисточки смогут вызвать такую бурю эмоций. Для него вся эта художественная чушь была лишь отголоском детства, и последний раз он рисовал красками в классе третьем. Но он видел, с каким сожалением Ника смотрела на картину в коридоре своей родной квартиры, и захотел вдруг, чтобы она нарисовал что-то ему.

Поэтому когда зоркий Ник случайно увидел магазин под незамысловатым названием «Лавка художника» (таких магазинчиков было в городе несколько, ибо они пользовались популярностью не только у профессионалов, но и у простых любителей художественного творчества), он не смог проехать мимо. Никита хотел сделать приятное своей девушке – и не прогадал.

– Ни-и-ик! – посмотрела на молодого человека Карлова с еще большим восторгом и захлопала в ладоши.

– Это не просто подарок. Я хочу сделать тебе заказ, – сказал парень.

– Да-а-а? Какой? – горящими глазами уставилась на него девушка.

– Нарисуй мне что-нибудь.

– Нарисую, – Ника резво встала с углового кораллово-оранжевого дивана – единственной мебели в этой большой комнате и почти подбежала к Кларскому, продолжающему сидеть на подоконнике. Эмоциональная девушка, которой так важны были физические контакты и всякого рода прикосновения, чмокнула его в щеку и обняла, понимая, что не зря она согласилась уехать с ним из родного города – вслед за счастьем можно уехать и в другую страну, и на другой континент уплыть, и даже на другую планету улететь.

– Спасибо, Никита, – прошептала она ему. – Я не ожидала, честно. А я так люблю неожиданные подарки! Волшебно, – она игриво укусила его за мочку уха. Ему ничего не оставалось, как все-таки вновь поцеловать ее.