Северная Корона. Против ветра

План предусматривал другое!

Он внимательно посмотрел на кричавшую Марту, которая никак не могла поверить, что с Сашей случилось это несчастье.

– Саша, Саша, – повторяла Марта, трясущейся левой рукой гладя его по волосам. – Сашенька…

Она была почти в бессознательном состоянии, и не могла даже проверить его пульс. Ей казалось, что она уходит вместе с ним.

– Прости меня, – девушка не знала, говорит она это или думает. Она почти не понимала уже из того, что происходило в злосчастной комнате. Скрипачка хотела забыться навсегда, как и Саша.

«Прости, я не хотела. Я так тебя люблю».

Олег, которому хотелось танцевать – он даже двигать плечами начал, вдруг подумалось, что раз так получилось, может заставить надеть Василису белое, испачканное кровью платье? Платье можно полностью перекрасить в красное: из Дионова вытечет много крови – ее уже немало. Василиса будет в красивом алом платье, и они станцуют. Вальс.

– Нравится? – спросил он у Марты, желая, чтобы она сделала ему комплимент.

 – Я убил – понимаешь?! – уже второго человека, Василиса.

Она не понимала. Голова ее кружилась так, словно девушка выпила литр водки. Постепенно голоса и звук смешались в неразборчивое гудение.

А в воспаленном сознании Олега всплыла черно-белая, озаренная лунным светом картинка. Ночь, небольшая аллейка почти посредине города, по которой мало кто ходит и в дневное время, потому что она ведет на кладбище.

Девчонка, которую он прятал в старом доме давно умершей родственницы, умудрилась сбежать, но ей не повезло – в тот момент, когда она смогла освободиться от пут веревки и выскользнуть за дверь старого неухоженного дома, пришел Алмазов, принесший ей еду и воду.

Он погнался за ней и случайно застрелил, хотя целился всего лишь в ногу. Это жуткое событие окончательно сорвало ему крышу. Психу пришлось тащить девушку через всю аллейку, чтобы потом спрятать подальше от того дома. Правда, он не знал, что ее нашли в тот же день. Именно эту девушку видел папа Марты в морге, куда его потащил брат-полицейский.

– Я могу это делать. Другие не могут, Василиса, а я могу. Первой была его девка. – И Алмазов, вновь расхохотавшись, кивнул на Женю, стоявшего напротив Ника. – А он все еще ищет ее.

Он зря это сказал. Но Олег уже не понимал, что говорить должен, а что нет. Ему казалось, он произнес это торжествующим шепотом, а на самом деле проорал противным злорадным голосом.

И это была его ошибка.