Северная Корона. Против ветра

Дионов видел, как девушка медленно идет спиной к нему по коридору вместе с матерью, которая держит ее за плечи, и смотрел ей в спину, на собранные в низкий хвост длинные светлые волосы, кончики которых почти касались поясницы. На правой руке был гипс.

В сердце его откуда-то вдруг появились сожаление и жалость.

Саша хотел окрикнуть Марту, но не стал делать это при ее родителях и отце Ники, но она вдруг сама оглянулась и посмотрела ему прямо в глаза. Дионов, у которого сердце радостно вдруг забилось, подумал, что малышка, увидев его, обязательно подбежит или хотя бы что-нибудь крикнет – пусть просто спросит, как он, ему будет достаточно! Но Марта равнодушно скользнула по Саше смазанным взглядом, отвернулась и продолжила свой путь.

Сначала он рассердился, решив, что Марта игнорирует его, и угостил даже по этому поводу парой ударов больничную стену, а потом, уже находясь в своей палате и куря в открытое окно, хотя это было строго запрещено, понял, что, наверное, Марта просто-напросто не увидела его.

Может быть, была накачана лекарствами или еще что с ней произошло.

Александр поставил себе цель все же поговорить с девушкой. И так как по телефону он этого сделать не мог – ее родители сменили Марте номер, то решил найти ее.

Пусть лично ему скажет, что не желает больше видеть.

Пусть скажет, что винит во всем, что ненавидит.

А еще он понял, что скучает. И не по Нике, хотя это было бы логичнее, а по ее кузине.

Через два месяца выйдя из больницы, Александр пробил место, где находится Карлова (правда, он так и не смог выяснить, что она потеряла память), приехал к ней в другой город, где девушка училась заново играть на скрипке, долго ждал ее на улице, чтобы лично поговорить, а когда увидел.

Понял, что Марта действительно не хочет ни видеть его, ни слышать. Он стоял к ней лицом, широко расставив ноги и сжав в карманах куртки руки в кулаки, потому что волновался, как последний дурак, а она прошла мимо.

Просто прошла мимо, почти коснувшись своим плечом его предплечья, хотя отлично видела Сашу.

Но сделала вид, что не узнала. Не сказала: «Привет». Не подарила улыбку. Она даже не вытащила наушники из ушей. Лишь безразлично посмотрела на него и просто пошла дальше, а ее длинные волнистые светло-русые волосы развевал осенний ветер.

Ему оставалось лишь смотреть ей вслед.

– Марта! – окликнул он ее зло, но он даже не услышала его из-за наушников.

А догонять он ее не стал.

Александр был не только упрямым, он был еще и гордым.