Северная Корона. Против ветра

– Вставай, – повторил он тише. И про себя добавил: «Пожалуйста».

Однако встать Марта была не в состоянии – так дрожали ее коленки. Она, глядя на Дионова блестящими болезненными глазами, вдруг провела ослабевшей холодной рукой по его щеке, продолжая плакать, только уже беззвучно.

– Это ты, – проговорила Марта сквозь слезы с нежностью, боясь, что это лишь ее видение.

– Я, – зачем-то сказал Саша, растерявшись. Простое касание – а по телу словно ток прошелся. И в солнечном сплетении что-то щемило.

– Прости меня, – едва слышно произнесла Марта, не в силах оторвать взгляда от его лица.

Время их не коснулось.

Он встал на колени, совсем забыв, что они находятся посреди улицы, и осторожно обнял ее, гладя по волосам и спине, а она плакала, вцепившись в него, уткнувшись лицом в грудь. И повторяла в исступлении:

– Прости, прости меня, прости.

А он молчал и просто прижимал ее к себе.

Все фейерверки растворились в темном небе. Зато ярко светили фонари.

Andante con tenerezza

Ранним утром, когда солнце только-только пробивалось в приоткрытое окно, Марта, лежащая около спящего Саши и неотрывно глядящая в его спокойное лицо, вдруг вспомнила, как давным-давно, будучи совсем еще наивной и маленькой, загадывала мысленно перед статуей Аполлона желание:

Конкурс был выигран – на следующий день. А второе желание златокудрый греческий бог солнца, света, искусства и наук выполнил спустя восемь лет.

Спустя долгих восемь лет.

Жертвой этому богу стал год ее жизни, но скрипачка вдруг совершенно точно поняла, что ни о чем не жалеет.

Марта часто думала, как бы сложились их с Сашей жизни, если бы с ее памятью все было в порядке. Если бы они сразу после трагических событий в коттеджном поселке остались вместе. Если бы им не пришлось узнавать друг друга заново – узнавать, понимать, влюбляться.

Были бы они вместе до сей поры? Остался бы Саша с ней из жалости и чувства вины, а не потому что разглядел в ней женщину? Смогла бы она не винить себя в том, что на его теле на всю жизнь остались шрамы? А его – смогла бы она не винить его в травме руки и расставанием с миром музыки?

Какими бы они стали? Смогли бы видеть друг друга каждый день, не вспоминая той трагедии?

Любили бы друг друга?

Кто знает, как сложились бы их отношения.

Единственное, что Марта знала точно, так это то, что сейчас они вместе и не собираются расставаться.