– Тебе ль не знать, дорогой мой, что из таких зверят вырастают полноценные волки? Не держишь малыша под контролем? Ай-ай-ай.
Ника, слышавшая все это, поняла, что не может вдыхать ставший сухим воздух. Вдруг она сейчас узнает что-нибудь о Никите?!
– Держу, – процедил сквозь зубы Макс. – На коротком поводке. Поводок тянется до… – тут он назвал город, расположенный по соседству – тот город, куда постоянно ездил Саша и в котором находилась колония, где он отбывал срок. – Мальчишка там. Только я бы не стал называть его мальчишкой.
Под моим присмотром. Так что не бойтесь, – вдруг усмехнулся хозяин «Милсдаря», – вам он мстить не приедет. У него… много других дел.
– Я бы, конечно, мог сказать, что ничего не боюсь, однако, увы, это не так. Конечно, какой-то там мальчишка не стоит в приоритете моих врагов, но опасности ожидать стоит отовсюду. Если он окажется в городе и вдруг как-то заинтересуется мной или моими родственниками, позаботься о нем. – Звучный ненапряженный баритон Даниила Юрьевича, до этого спокойный, очень приятный, стал в одну секунду стальным, и ошарашенной подобной информацией Нике стало понятно, что этот представительный дядечка с красивым, чуть надменным лицом, – суров, даже жесток и своего не упустит.
А еще – что он умеет не только наступать, но и защищать. При этом самыми разными методами. Такими, что иногда методы их защиты можно перепутать с нападением.
– Позабочусь, – отозвался Максим. Это слово колокольным тревожным звоном отозвалось в голове девушки, подслушивающий разговор.
– Господин Радомиров больше не тревожит? – был в курсе истории с пальбой мужчина.
– Нет. Еще и отрицает.
– Надо же, обычно он играл по-чистому, – удивился Даниил Юрьевич. – Поумнел, что ли? Держи и его на поводке, Максим.
Тот, глянув мельком на Сашу, пожал плечами. Даниил Юрьевич сказал Максу что-то еще, но девушка, у которой похолодели кончики пальцев, не расслышала этого. Голоса мужчин становились все менее и менее различимыми – они уходили, а Ника оставалась сидеть неподвижно, поняв, как близко от нее находился все это время Никита.
И, кажется, с ним все было хорошо – Кларский оказался под опекой этого страшного Макса. И неудивительно, если тот был доверенным лицом и другом Марта – если, конечно, у того были друзья. Именно поэтому он и помогает Укропу скрываться. Только вот почему этот Даниил Юрьевич интересуется Ником? Он что-то ему сделал? Ведь не зря же в его голосе мелькнула озабоченность – не страх, а именно опасение.
