– Я буду изредка звонить, интересоваться, как дела. Отвечай на звонки с незнакомых номеров, поняла? И вот, возьми, – протянул рыжеволосой несколько очень крупных купюр Кларский.
– Зачем?
– Возьми, купишь ей от меня подарок, – кинул он небрежный взгляд в сторону притихшей Полины, которая играла с мобильником Никиты.
Когда молодой человек вышел из машины, забрав телефон и дорожную сумку, его маленькая племянница расстроилась и с глазами, полными слез, смотрела на него, прилипнув к окну, но быстро успокоилась, когда мама сказала, что дядя придет попозже.
Ник, слышавший это, мрачно ухмыльнулся, аки демон с Сатурна, и подумал, что дядя не придет.
«Видишь, нам лгут с детства, малышка. Так что привыкай», – подумал он, разглядывая то, что оставил после себя на этой грешной земле Март. Нет, это реально удивительно, почему у этой обезьяны такая милая дочка? Может, это фейк? Разговаривающий фейк в розовом сарафанчике?
– Ты точно позвонишь? – громко спросила Настя в открытое окно.
– Да. Кстати… – Один вопрос все еще тревожил Никиту, и он, наклонившись к окну, задал его девушке, правда, негромко, чтобы Полинка не слышала: – Зачем ты от него родила?
– Что?"
"– Зачем родила от Марта? – повторил Никита.
– Он ведь заставлял тебя с ним встречаться. Вернее, ты боялась отказать ему. Так ведь?
– Ничего ты не понимаешь, – тихо сказала Настя – почти прошептала. Ее никто не понимал: ни подруги, ни родственники, ни менты – по-другому их называть теперь девушка не хотела. Она до сих пор помнила, как они удивленно смотрели на нее, когда она рыдала в том проклятом ресторане, где был ранен Андрей.
Как будто бы она зверь в зоопарке или в цирке! Никто из них не мог поверить, что она полюбила его. По-настоящему. Сильно. До боли в груди.
– Чего я не понимаю?
– Я любила твоего брата. Но ты можешь считать это Стокгольмским синдромом. Тебе так будет понятнее.
Настя думала, что младший братишка Андрея заухмыляется или даже заржет, услышав это, но его лицо оставалось серьезным. Ник как будто бы впитывал полученную информацию.
А Настя и правда очень любила этого странного Андрея. И часто сравнивала их с главными героями сказки «Красавица и чудовище», где она была красавицей, а Андрей соответственно зверем. Только сказка закончилась хорошо – монстр превратился в принца и женился на красавице. А их история закончилась куда более печально. Чудовище убили, а красавица была обречена на муки.
– Вот как? – наконец проронил задумчиво Никита. – Забавно.
– Это не забавно.
