Северное сияние

На длинных деревянных столах стояли блюда с пряниками и кружки с крепчайшим черным кофе. Шум голосов мешался с зудением и треском яндарических ламп, которые явно дышали на ладан.

— А где господин Фаа? — спросила Лира, устраиваясь за столом рядом с Тони Коста и его приятелями. — Он что, куда-то ушел? С Фардером Корамом, да? Чтобы выручить панцирь Йорека?

— Они к этому пошли, как его, дьявола, ну, в общем, к бургомистру ихнему. Ты сама-то медведя этого видела, а, Лира?

— Ясное дело! — радостно выпалила девочка и с готовностью принялась рассказывать о встрече с панцербьорном во всех подробностях.

В это время к компании за столом кто-то подсел.

— Насколько я понимаю, речь идет о старине Йореке? — прозвучал хрипловатый голос.

Лира повернулась и посмотрела на незнакомца. Перед ней сидел высокий поджарый человек с обветренным лицом. В чуть прищуренных льдисто-голубых глазах, в изгибе губ под тонкой полоской усов читалась затаенная насмешка, даже издевка. Лира мгновенно почувствовала в нем что-то особенное, но кто он — друг или враг? — она не знала.

И альм у него занятный: тощая облезлая зайчиха. Но ее, видать, тоже голыми руками не возьмешь. Ну и парочка!

Заметив Лирино смущение, незнакомец протянул ей руку и представился:

— Меня зовут Ли. Ли Скорсби. К вашим услугам, мисс.

— Я знаю! Вы… вы аэронавт, да, который на воздушном шаре! — завопила Лира. — Ой, а где он? А полетать можно?

— Можно, только осторожно. Сейчас шар уже упаковали. А вы, наверное, та самая знаменитая Лира.

Ну как, мисс, не испугались Йорека Бьернисона?

— А вы его что, знаете?

— Ну, как не знать. Мы с ним старые знакомые. Еще с Тунгусской кампании. Медведи это тебе не люди, с медведями не шути, а уж с Йореком-то в особенности. Ну что ж, господа, — обратился Ли к присутствующим, — может, в картишки перекинемся? По маленькой, а?

Неведомо откуда в руках у него появилась колода карт.

— Я слышал, вы по этой части большие виртуозы, — продолжал аэронавт.

 Гибкие пальцы одной руки неуловимым движением тасовали колоду, а другая рука скользнула в жилетный карман за сигарой. — Так что, надеюсь, не откажете простому техасскому парню и сразитесь с ним в честном картежном поединке. Ну, кто со мной?

Цагане по праву слывут картежных дел мастерами, так что на лицах многих из присутствующих появилась живейшая заинтересованность. Заскрипели придвигаемые к столу стулья, игроки принялись обсуждать с Ли ставки.