Сезон гроз

Я велел тебе решать. Да или нет?

– Нет. Окончательное «нет», господин князь. И тот, спрятанный в алькове, может уже выйти.

Принц, к удивлению Геральта, фыркнул от смеха. И ударил ладонью в стол.

Скрипнули дверки, из прилегающего алькова вынырнула фигура. Несмотря на темень – знакомая.

– Ты выиграл спор, Ферран, – сказал князь. – За выигрышем обратись завтра к моему секретарю.

– Благодарю вашу княжескую милость, – с легким поклоном ответил Ферран де Леттенхоф, королевский инстигатор, – однако спор я воспринимал исключительно в категориях символических.

Дабы подчеркнуть, насколько я уверен в своих резонах. И что дело вовсе не в деньгах…

– Деньги, которые ты выиграл, – прервал его князь, – для меня тоже лишь символ, точно такой же, как выбитый на них знак новиградского монетного двора и профиль нынешнего иерарха. Знай также, оба знайте: и я – выиграл. Я получил нечто, что полагал утраченным навсегда. Веру в людей. Ферран, Геральт из Ривии, был совершенно уверен в твоей реакции. Я же, признаюсь, считал его человеком наивным.

Не сомневался: ты уступишь.

– Все, значит, что-то выиграли, – едко проговорил Геральт. – А я?

– Ты тоже, – князь сделался серьезен. – Скажи ему, Ферран. Объясни, в чем тут дело.

– Его милость князь Эгмунд, присутствующий здесь, – пояснил инстигатор, – на миг попытался перевоплотиться в Ксандера, своего младшего брата. И столь же символически – в остальных братьев, претендентов на престол. Князь подозревал, что Ксандер или кто-то другой из его родни захочет, дабы заполучить престол, воспользоваться попавшим под подозрение ведьмаком.

И мы решили нечто подобное… инсценировать. И теперь знаем, что если дойдет до этого на самом деле… Если бы кто-то на самом деле предложил тебе нечто недостойное, ты не поддался бы на княжьи уговоры. И не встал бы на колени под грузом угроз и шантажа.

– Понимаю, – кивнул ведьмак. – И склоняю голову пред талантом. Князь вжился в роль исключительно убедительно. В том, что он говорил мне, в том, что предлагал, я не почуял актерской фальши.

Наоборот. Чувствовал только искренность.

– У маскарада была своя цель, – прервал неловкое молчание Эгмунд. – Я ее достиг и не намерен ее тебе объяснять. Но пользу извлечешь и ты. Финансовую. Поскольку я и вправду хочу нанять тебя. И хорошо оплатить услуги. Скажи ему, Ферран.

– Князь Эгмунд, – сказал инстигатор, – опасается покушения на жизнь отца, короля Белогуна, каковое может случиться во время запланированной на праздник Ламмас королевской свадьбы.