Соле, пока мы с Хатаком брызгали друг на друга слюнями, отстаивая свою позицию, просто молча ходила за нами и смотрела на меня глазами шрековского кота, даже не канючила. Короче, я сдался и лишь пригрозил сакраментальным «Утоните – домой не приходите».
Плот пришлось сделать не совсем маленьким, как изначально предполагал, на одного, и намного надёжней. Длинные шесты и пара грубых коротких вёсел, немного еды, минимум груза. И одним ранним солнечным утром под восторженные и удивлённые крики племени мы отчалили. Да уж, кажется мне, что людей, сознательно отправившихся в путь по воде, этот мир ещё не видел.
Опять этот Горький Камень невиданное отчебучил.
Оттолкнувшись шестами, мы потихонечку поплыли. Мутные, но вполне спокойные вешние воды плавно повлекли наш плот от стойбища Правильных Людей, а вслед за нами некоторое время бежала стайка неугомонных отчаянных мальчишек. И был я счастлив, и, глядя на окружающий мир, снова и снова с щемящим душу восторгом наслаждался буйством жизни вокруг. Бесчисленные стаи птиц, косяки рыб, по которым можно чуть ли не пешком ходить, стада животных, которые всё время попадались на глаза, яркое солнце, бескрайнее синее небо… Жизнь в каждом вдохе! У-ух, аж дрожь пробирает.
– Что с тобой, моё солнце? – наконец обратил я внимание на понурый вид Соле. Она сидела чуть нахохлившись, провожая рассеянным взглядом проплывающие мимо пейзажи, и только неопределённо пожала плечиками на мои слова. – Ты грустишь, малышка, – перешёл я на русский."
"Девочка вполне уверенно говорила на нём, а понимала и вовсе отлично.
Хатак тоже понимал его неплохо, но разговаривал на уровне «твоя моя не понимай».
– Немного, дядя.
– Почему?
– Не знаю, мне… трудно найти слова.
Я понимающе усмехнулся.
– Год назад из племени ушла девочка-замарашка, она голодала, ей доставались тумаки, у неё не было подруг. И вот она вернулась. Соле Великолепная. Принцесса. И вокруг неё сразу закрутился хоровод. Ею восхищаются, ей завидуют. Она вдруг стала всем интересна, у неё якобы появились подруги…
– Ага, подруги, – пробурчал Хатак, – видел я, как несколько оболтусов вокруг неё гоголем прохаживались.
Пришлось кое-кому уши надрать.
Соле при этих словах слегка порозовела.
– И ничего подобного, они глупые и вонючие! – горячо воскликнула она.
– Тихо, девочка моя, тихо. Всё просто. Люди – стайные существа. Уж такова их природа. Человек может жить один, ты уж поверь мне, но, чтобы стать человеком, его должна воспитать человеческая стая.
