«Где, – спрашивают, – волки?» А она в ответ: «Нету волков, показалось мне». Дали охотники ей тумаков, да не впрок они оказались. Ещё раз пошутила глупая баба. И ещё раз. А потом отошла она как-то раз за кустики, а там волк! «Помогите! – кричит. – Помогите, волк!» – «Опять эта дура, – подумали все. – Снова ей волки мерещатся». Так и сожрал волк глупую бабу в двух шагах от стойбища.
Возле костра воцарилась гробовая тишина. Вот сила литературного искусства. Чую, на одних притчах да баснях тут жить можно припеваючи.
– Помните, люди, – добавил я эффекта, – духи ревнивы. Показалось тебе что-то раз, показалось другой, а на третий раз они и вправду пришлют то, что тебе кажется. А ещё могут приползти ночью, большой сколопендрой, заползти в ухо и съесть глаза, чтобы меньше казалось, или язык, чтоб не говорил то, чего не видел.
Мать честная! Бедный Заяц пребывал в полуобморочном состоянии. Да и вождь заметно побледнел. Эк я их застращал.
Но Пёстрый Полоз, почувствовав, что союзник разгромлен и в панике отступает, кинулся его прикрывать.
– Мудро, мудро… – покивал он, словно болванчик. – Горький Камень мастер говорить слова. Может, он покажет нам ещё что-нибудь из своего умения?
– Отчего ж не показать. – Я уже давно держал в зажатом кулаке зажигалку с передвинутым на максимум регулятором. В полутьме её совершенно не было видно. – Смотри. – Я чиркнул колёсико и…
– Аа-ах!!! – исторгла из себя толпа.
Все, наверное, слышали, что я такое могу, но увидеть самим… Это шок.
Из моего кулака вырвался язычок пламени сантиметра четыре. Немного подержав его так, чтобы все насладились этим зрелищем, я отключил зажигалку.
– Ну, вот как-то так. А теперь и ты мне покажи что-нибудь, Полоз. И не говори, что, мол, луна не в той фазе или погода нелётная. Сегодняшняя ночь прямо создана для волшебства.
Полозу было нехорошо. Он вдруг понял, что ввязался в противостояние не в своей весовой категории. Его крысиная мордочка покрылась бисеринками пота.
Почему-то мне кажется – холодного.
– Я могу вызвать духа большого зверя, – глухо проронил шаман.
– Сделай милость, – приглашающе кивнул я.
Пёстрый Полоз тяжело поднялся и кинул на меня взгляд, полный злобы. Хлебнув из плошки своего зелья, он приступил к процессу вызывания духа.
Пять минут вялого брейк-данса, совершенно без огонька, несколько нечленораздельных завываний, выпученные глаза… Короче, стандартный набор.
