Шаг во тьму

– Мне бы твою уверенность…

Гош помолчал, все-таки разлепил губы:

– Наш… – пробормотал я. – Наш-то наш, вопрос в том, чей наш он больше: наш с тобой или наш с Виктором? Если ты его подключишь, а он Виктору все выболтает? Или Виктор сам что-то заподозрит, да и вытрясет из Шатуна все? Одно дело, когда ты Виктору говоришь, что ты за мной следил, и я никуда не ездил, и совсем другое дело, если…

– Сегодня он за тобой следил.

– Что? – не понял я.

– Сегодня он за тобой следил. Не я.

Мне-то казалось, что Шатун с Виктором… Но если Гош уверен… Выходит, дело для Шатуна важнее.

Если ради продолжения охоты готов и с Виктором в кошки-мышки поиграть, то в самом деле наш человек. Это хорошо.

Плохо то, что до этого дошло.

– Тебе Виктор уже не доверяет?

– Думаешь, он что-то заподозрил?

– Так ты теперь вообще не будешь следить за мной? Только Виктор с Шатуном будут, через день? И завтра очередь Виктора?

Я от души врезал по приборному щитку. Черт бы побрал этого докучливого пижона!

Мало того, что завтра я не смогу быть здесь, с Гошем и Шатуном, раскручивать этот змеиный клубок! Так ведь и через два дня, выходит, тоже Виктор будет за мной следить…

Гош притормозил.

Мотнул головой на дверь.

Я поглядел за стекло. Мы только въехали в город, до дома было еще несколько кварталов. Сырых и холодных. Ветер кидал на окно косые иглы дождя, гнал по улице почти сгнившие листья.

Гош поглядел на меня внимательно и устало.

– Ну ты же сам сказал, что сегодня не ты, а Шатун! Шатуну-то Виктор доверяет, его-то не станет перепроверять!

Гош только обреченно покачал головой, отчаявшись втолковать мне что-либо.

Просто еще раз мотнул головой на дверцу.

Пришлось вылезать. В холод и дождь. Я застегнул плащ. Постоял, глядя на уплывающие габаритки.

Или он не Виктора боится?

Не знаю. По-моему, иногда Гош все же перегибает с осторожностью. Тащись теперь на своих двоих…

Проснулся я еще до заката.

Чувствовал, что не выспался, хорошо бы еще поспать, но сон не шел. Как ни пытался уснуть, вместо этого снова и снова кружились в голове лунные фазы.

Ночи, оставшиеся до полнолуния. Их число… И их чередование.

Шатун был, теперь Виктор, потом Шатун, а потом…

Чертов пижон! Чертов лунный календарь, так неудач-до легший.

Я скатился с кровати, нашел лист бумаги, календарь – с лунными фазами – и еще раз, окончательно, чтобы уж точно без ошибки, расписал.

Начиная от ночи новолуния, когда мы брали паучиху, и до вчерашней ночи. И еще три вперед. На третью и придется полнолуние.