Шагая над бездной. Наследники магии

Он снова показался мне бледным и жутко уставшим, но зато в его глазах теперь отражались привычная спокойная уверенность и желание бороться. Когда доктор помог ему усесться в кровати, принесли ужин. Горничная хотела остаться и помочь столь дорогому пациенту справиться с едой, но тот лишь фыркнул и заявил, что в состоянии поесть сам. Кушал, правда, очень медленно, пару раз ложка даже выпадала из его ослабевших рук. Но зато доказал и себе, и нам с доктором, что он не немощный, что все может сам.

Пока он ел, я молча смотрела за темное окно, где внизу в свете фонарей поблескивал снег.

Думала, старалась подобрать наиболее подходящие правильные слова для предстоящего объяснения. Но, к сожалению, что бы я ни сказала, как бы себя ни повела, Кел все равно разозлится. И все закончится предсказуемо… и очень печально для меня.

Потому, когда горничная унесла остатки ужина, а айнор Райтон отправился за очередной порцией лекарств, я все же решила, что оттягивать объяснение дальше просто бессмысленно.

Вот только Кел заговорил раньше… и, сам того не осознавая, помог мне начать этот разговор.

– Эли, – начал он, присев удобнее, – это ведь далеко не простая палата. Да и когда я очнулся в первый раз, мы находились в обычной светлой комнате, а теперь вокруг роскошь. Нет, я не против, – добавил с улыбкой, – но мне только интересно, откуда у тебя деньги на подобные услуги? Подозреваю, что мой перевод в эти хоромы для избранных обошелся тебе в круглую сумму.

– Нет, – хмыкнула я, отрицательно мотнув головой.

 – Да и не было у меня с собой ни такого количества денег, ни того, что можно продать.

– Но тогда как тебе это удалось? – Кел обвел рукой пространство комнаты и снова усмехнулся. – Честно говоря, давненько мне не приходилось просыпаться в подобной обстановке.

В этот момент я и поняла, что дальше отмалчиваться не получится. Оттолкнулась от подоконника, подошла к кровати и, присев рядом с Клевером, обняла его лицо ладонями.

– Ди… – выдохнула я, заставляя себя смотреть ему в глаза.

 – Ты очень дорог мне. Ради твоего благополучия я готова на все… – Запнулась. Отвела взгляд. Едва снова не заплакала, но все же сумела взять себя в руки и продолжить: – Знаю, что ты меня не простишь. Знаю, что оттолкнешь… что даже не попытаешься понять. Но… я не жалею о том, что сделала.

Он молчал. Смотрел на меня, не понимая. Видел, как тяжело мне даются слова, желал спросить подробности, но не торопил.