Шаги за спиной

я от чистого сердца!

- Так и я не от грязного, - не растерялся Луис. - Пусть у вас подарок будет?

- Подарок? Ну... ладно.

Платок сгребли в горсть, корзина заняла свое место за плечами, и бабка, помахав рукой, направилась куда-то вдаль по берегу. Молодежь проводила ее взглядами...

- Ты любишь устриц? - Луис галантно предложил спутнице кулек.

Алаис поглядела с сомнением. Устриц она ела, но стыд сказать - консервированные. А чтобы открыть ракушку, высосать моллюска... гурманы это влет проделывают, а она вот - нет.

- Люблю. Просто непривычно вот так...

Плащ расстелился на удобном пригорке с травкой, Луис достал нож и принялся ловко вскрывать раковины...

Алаис сначала сомневалась, но потом дело пошло. Устрицы были честно поделены на двоих, а потом 'молодежь' обратила внимание на романтичность окружающей обстановки, но лунную дорожку, на ветерок... и плащ удобный, а уж какой удобный оказался холмик...

Да и море - неплохая штука. И искупаться можно, и продолжить...

На следующий день Алаис даже не могла играть свою роль - зевота мешала.

Долго ждать приема Таламиру не пришлось. Не прошло и пяти дней, как в трактирчик тетушки Марты постучался гонец Преотца.

- Благодарю, - Таламир опустил в ладонь серебрушку - ориентировался уже в местных ценах. Где в другом городе и медяка бы не дал, а тут нельзя иначе. Опозоришься на весь город.

Гонец исчез, а Таламир медленно вскрыл письмо.

Герцога Карнавон приглашали на аудиенцию этим вечером.

Ант выругался, и махнул рукой женщине.

- Мне нужно срочно привести в порядок парадный костюм. Из вишневого бархата...

- Сейчас все сделаем, - улыбнулась обольстительной улыбкой Марта. - И часа не пройдет...

Таламир кивнул, и сгреб даму за талию. В конце концов, как еще снимать стресс? Даже и не зная последнего слова?

- Золотые у вас руки...

- И хозяйка у них золотая...

Марта и не подумала сопротивляться. Герцог же, не козопас, да и она женщина в расцвете сил и возможностей - так почему нет?

Роскошный зал для приемов ослепил Таламира.

Золото было везде - на стенах, на потолке, сияли золотом люстры, сиял золотом стол, и каждая письменная принадлежность на столе, сияли золотой парчой стулья и кресла, сиял ковер - его также ткали из золотой нити, и в какую сумму это встало, лучше не думать.