Шаги за спиной

Одни готовятся победить или умереть, а вторые будут ждать своих мужчин, отцов, мужей, сыновей... и молиться.

Лишь бы вернулись живыми.

Слишком часто Таламир видел эти выражения на лицах, чтобы теперь ошибиться.

Маритани готовится к войне? Но с кем? Зачем? Почему? На эти вопросы тоже требовались ответы. И мужчина собирался их узнать, так или иначе.

- Ваша светлость, - слуга склонился перед ним, показывая на небольшой портшез. Кареты на Маритани как-то не прижились, лошади на острове тоже были роскошью, а вот рабы пока оставались.

Таламир кивнул и направился к носилкам, не замечая, какими взглядами обменялись двое мальчишек на пристани. Да кто вообще на этих мальков внимание обращать будет?

Один из мальчишек молча порскнул в переулок, а второй отправился за Таламиром.

- Да, ваша светлость, - глава рода Ирт смотрел без подобострастия. Они с магистром уже достаточно хорошо узнали друг друга, но мужчинам в возрасте сложно сблизиться. Многое стоит у них за плечами... А потому, один - подчеркнуто вежлив, чтобы не оскорбить нижестоящего, а второй так же нарочито выпячивает свое положение гвардейца.

Эти ритуальные танцы весьма забавляли Далана к неудовольствию обоих мужчин, но мальчишка держал себя в руках. Обычно, когда отец беседовал с маританцем, он помалкивал, сидел рядом, учился... а сейчас не удержался.

- Ант Таламир? Карнавон?

И столько неприязни прозвучало в ломающемся голосе, что обернулись оба. И герцог, и маританец.

- Вы что-то знаете, ваша светлость?

Далан вздохнул, потер лоб.

- Не уверен, что могу рассказывать без разрешения Алаис.

- Ты его долго не получишь, - Шеллен покачал головой. - А решения надо принимать уже сейчас. Она тебе доверила что-то такое, чего мы не должны знать? Или что мы не можем узнать из других источников?

Мальчишка всерьез задумался. Потом пожал плечами.

- Может, и узнаете, но когда и какой ценой? Ладно... Алаис ненавидела и боялась мужа.

Теперь переглянулись оба. Ненависть? Страх? Вот уж какие чувства совершенно не вязались с Алаис Карнавон.

Далан поставил локти на стол, оперся о них подбородком и заговорил.

- Алаис безумно любила своих родных. Не взаимно, нет, но - любила. А когда этот мерзавец взял замок, то покуражился от души. Ее сестру отдали солдатам на ее глазах, родных тоже отправили на смерть практически при ней... Алаис этого не видела, и хвала Маритани. Она бы с ума сошла. Таламир женился на ней по праву завоевателя, чтобы получить титул.