Шаги за спиной

- Чего? Что не станешь очередной жертвой безумцев? Думаю, за триста лет столько крови уже пролилось, что человеком меньше, тысячей больше... разницы никто из них не заметит.

- Обязательно жертвой...

Луис хорохорился, и сам понимал это. Но было жутковато. Словно ты стоишь на краю пропасти, а она вся, до краев, заполнена мертвецами. Триста лет. Сколько крови, сколько боли...

- И все ради власти.

- И я бы сказала, что шансы у этих людей есть.

- Луис, скажи мне, если вернутся Короли, что изменится для большинства людей?

Луис задумался, а потом вдруг понял, что правильным ответом будет - ничего.

Ничего не изменится.

- Вот именно, - подтвердила его размышления Алаис. - Люди пахали, сеяли, собирали урожай и торговали при Королях, при королевствах, и если на трон опять сядет один Король - тоже не почешутся. Если, конечно, налоги не поднимут.

- А благородные? Или Тавальен?

- Судя по тому, как просвечен Тавальен, в нужный момент здесь просто устроят резню. Или пожар. Или какое-нибудь знамение, а под шумок уберут всех несогласных.

Не думаю, что их будет много, прикормленные люди сядут на нагретые места, и все пойдет своим чередом. Большинство жителей и не заметят, что там что-то поменялось.

- А тьеры? Благородное сословие...

- Ты готов ручаться за всех и сразу?

Луис засопел, признавая неприятную правоту. Да уж... Сам-то он... вспомнить иные поступки стыдно. А было, было, не вычеркнешь.

- А что сделаешь ты, если придут Короли?

- У меня нет выбора. Принесу клятву верности, или сгнию заживо.

Второй вариант мне нравится меньше. Так что подумай еще раз, надо ли это тебе.

- Ты просто введен в род Лаис. Ты не надел реликвии рода, не принял главенство, не взял все на себя. Ты еще можешь уехать и просто жить в тихом уголке...

- Растить брюкву, делать детей, читать книжки...

- И чем плох такой сюжет?

- Тем, что меня в покое не оставят. Я ведь правильно понимаю, все это легко и быстро не закончится?

- Может, оно и вообще не закончится при нашей жизни.

А что?

- Я не хочу, чтобы за мое желание спокойной и сытой жизни расплачивались мои дети, внуки, правнуки. Когда война постучится к ним в дом, они не будут такими, как я. И погибнут... я не хочу.

- Тебе никто не мешает вырастить их готовыми ко всему.

Луиса откровенно передернуло. Он вспомнил, как растил и его, и братьев Эттан Даверт, как натаскивал на кровь, словно дикого зверя, как...

- Нет. Я не смогу так, как мой отец. Да и ты...