Шанс для злодейки

Шаги вколачиваются в паркет, и я жалею, что не могу проломить его насквозь, разрушить весь этот чёртов дворец до основания. Разряды искрят между пальцев лиловыми дугами — я стряхиваю их, как налипший сор.

Никогда не думала, что смогу быть настолько упрямой. Впрочем, сколько этому «никогда», несколько месяцев? Распускались цветы, деревья разворачивали первые клейкие листочки, а для меня время текло вспять, унося всё глубже в промозглую зиму, лишённую красок.

Наверное, мессир думал, что обозлившись, я больше не переступлю порог его кабинета.

Что стану избегать, прятаться за закрытыми дверями и тем самым облегчать ему задачу. Не тут-то было. Уже следующим утром, проведя бессонную ночь и расколотив уродливую вазу, которая мне никогда не нравилась, я была тут как тут. Готовая к тренировкам, застёгнутая на все пуговицы — в прямом и переносном смысле.

Словно в доказательство того, что он слушал меня очень внимательно, мессир больше не позволял себе никаких вольностей, ни жестом, ни взглядом. «Я могу это выдержать», — говорил весь его вид, отстранённый и собранный.

Мы отзеркаливали друг друга. Всё это смахивало на игру, правил которой никто не знает, как и конечной цели.

Если бы я не видела его иным, то даже поверила бы. Воспоминания об этом под запретом, убраны в самый дальний ящик и закрыты на ключ. Всё в нём: сожаления, горечь, злая глухая тоска и томление сердца, которому не объяснить, что любовь недоступна. Остальные чувства тоже притупились, как будто я нацепила на себя звуконепроницаемый скафандр.

Не знаю, правда ли причина была в этом, но дело внезапно сдвинулось с мёртвой точки. Тишина в голове дала почувствовать, что сила — не просто случайный посетитель, который налакался вдрызг, и никто не знает, каким будет его следующее действие. Больше похоже на океан: нужно поймать момент прилива и пустить волну по заранее вырытым руслам.

Я закрывала глаза, растворялась в непроницаемой пустоте и ощущала свёрнутое комом тепло в средостении. Ему не терпелось выйти наружу.

Магия искрилась и пенилась, как поток шампанского, стоило пустить её в ход. Я представляла, как она исходит из центра тела, прокатывается по рукам, обгоняя движение крови в сосудах, и скапливается на чутких кончиках пальцев.

Когда я впервые зажгла электрическую дугу между большим и указательным пальцем, то глазам своим не поверила. Разряд подёргивался, я чувствовала, как сила покидает тело в одной точке и возвращается в другой, снова вливаясь в поток.