Шанс для злодейки

Да и бледноват он был сегодня… Не то волнуется, не то для него поездка в тёплой компании отца тоже не представляет радости.

На опустевшее место тут же подъехала следующая карета. Она отличалась от королевской так же сильно, как день отличается от ночи: шестёрка вороных коней, чьи пышные гривы не стали заплетать в косы, внешние панели покрыты резьбой по чёрному дереву, а единственное яркое украшение — герб на двери. Две переплетённые серебряные змеи. Одна держит во рту меч, другая — восьмиконечную звезду.

Мессир, которого сопровождали камердинер и прислуга, не спешил оставлять их.

Он остановился у кареты и обернулся, разыскивая кого-то среди придворных. Взгляд упал на меня. Маг сделал подзывающий жест и только потом занял своё место.

Эдна зашипела на служанок, понукая их идти быстрее. Мы протолкались к дорожке, с не самой изящной поспешностью преодолели её, шелестя юбками. И раньше, чем я успела что-то спросить, меня в несколько рук запихнули внутрь экипажа и захлопнули дверь.

Я много чего успела себе представить за те несколько коротких мгновений, что мы с мессиром смотрели друг на друга.

Полузашторенные окна пропускали не так много света, мягкий полумрак заставлял мысли течь в определённом направлении, так что щёки мои, скорее всего, были такими горячими не из-за ветра на улице. Со времён последнего поцелуя мы не оказывались на таком близком расстоянии. Свистнул кучер, карета покачнулась, разбивая очарование момента. Я схватилась за бархатное сидение, радуясь, что шляпка надёжно пришпилена к волосам и не свалилась под ноги.

Мессир не собирался изменять себе. Уж не знаю, обуяли ли его те же мысли, что и меня, внешне он оставался невозмутим. И с совершенно непроницаемым видом извлёк из кармана кисет, в котором что-то перекатывалось с каменным стуком.

— Продолжим наши занятия, — сказал он, растягивая горловину.

Могу поклясться, что на секунду по его губам пробежала крайне ехидная ухмылка.

Время в дороге течёт иначе. Мне казалось, что дворец только-только скрылся из виду, а день уже сменился густыми сумерками, упавшими на нас резко, как сокол на голубку.

За день я успела изничтожить с десяток заготовок, перекусить в родовом имении Четвёртого советника, лежавшем по пути, узнать клички всех лошадей, дважды разозлиться на мессира и один раз пожалеть, что еду не с отцом. Тот хотя бы реагирует на подначивания.

Во время последней остановки на карете зажгли толстые свечи под стёклами наружных фонарей.