Шанс для злодейки

Заартачится в самый неподходящий момент, сорвёт все договорённости… Международный скандал! Только представьте, как неловко получится: вы приложили столько усилий, обо всём договорились, невеста уже пакует свадебные сундуки в дорогу, а тут раз — и всё отменяется. Шахрезамцы решат, что их просто одурачили. Три месяца водили за нос, чтобы посмеяться. Ужасно оскорбление. Будет удачей, если всё, что за этим последует, ограничится разрывом дипломатических отношений.

Чем дольше я говорила, тем сильнее вытягивались лица окружающих.

Не знаю, чего они ожидали от меня, кем считали, но картинка в их головах явно не складывалась.

Лорд Вальде взирал на мой демарш с каменным выражением.

— Вот именно, — с готовностью подхватила леди Ригби. С заблестевшими глазами она вертелась на стуле, не в состоянии усидеть спокойно. — Вот именно! Дипломатия и чего-то там.

Она не вполне поняла содержание моей речи, но главную суть уловила.

Широкий лоб Четвёртого советника собрался морщинами в гармошку. Адельтоны быстро перешёптывались.

Леди Кемброк неожиданно подмигнула мне.

Один Броуз сидел с ничего не выражающим лицом, как и прежде. Если бы меня попросили по нему определить, о чём речь, я бы остановилась на обсуждении стоимости сыра в ближайшей лавке.

Внимание мессира настигло меня, как удав — мышь.

— Леди Вилфорт высказывает разумные опасения, — ровным тоном сказал он. — Какое счастье, что я могу развеять их без следа. Принц сделает то, что от него требуется. Он разумный молодой человек, не склонный к ненужному риску.

Могу поручиться в том, что долг для него важнее личных симпатий. Или их отсутствия.

Я осмелилась поднять глаза и тут же пожалела об этом.

Маг видел меня насквозь.

Дорога обещала быть долгой. Вместо того, чтобы распекать меня на все корки за попытку сорвать его планы, лорд Вальде выбрал стратегию игнорирования. Можно не говорить о слоне в комнате, но в тесном пространстве кареты давление нарастало слишком быстро и грозило придушить меня окончательно.

Унылые зимние пейзажи ползли за окном, пока карета тряско катила по раскисшим от дождей дорогам.

Скрипели рессоры, голые деревья дрожали под порывами промозглого ветра, морось прилипала к стёклам. Но я бы предпочла оказаться под холодным дождём и кутаться в плащ от сырости, чем сидеть здесь. Молчание повисло грозовой тучей, густым пороховым облаком. С каждой минутой нарастало ощущение, что вот-вот прогремит взрыв.

Мессир сидел, сложив руки на груди. Длинные пальцы отбивали удивительно воинственный ритм.