Шанс на счастье

– А в пять утра зачем вставать?

– Чтобы успеть почистить снег до того, как горожане пойдут на работу.

Я села за стол, хмуро глянув на девушку. Мэй налила в мою кружку кипяток и извинилась за отсутствие чая.

– Вы работаете в городе? – я вскинула брови. – В монастыре, где я выросла, мы работали на благо монастыря. Нам даже немного платили. А вам кто платит?

– Никто. Госпожа Миртелла говорила, что труд облагораживает человека. Так что она нас “облагораживала” как могла. Да мы недалеко ходим, чистим только у входов в лавки на нашей улице.

С той стороны, – Мэй махнула рукой вправо, – живут богатеи, и у них уборкой снега занимаются слуги. Мы же работаем на мэра, а ему принадлежит только часть торговых лавчонок.

Я наткнула на вилку дольку картошки и сунула в рот. Медленно прожевала. После долгой дороги мозг отказывался соображать, поэтому слова Мэй доходили до меня с трудом. Хотелось просто лечь и уснуть, а уже с утра разбираться во всем.

Но утро принесло новые сюрпризы. Я даже собиралась немедленно отправить повозку за Нюркой, потому что одной мне явно не справиться, но, разумеется, подругу никто бы не отпустил.

Тогда я просто порадовалась, что в этот приют отправили именно меня – Нюра сбежала бы отсюда, даже вещи не собрав.

Все началось с подъема не в пять, как положено, а почти в семь часов. Дети проспали, так как их никто не разбудил, а я не имела привычки вставать ни свет ни заря и шкатулку-будильник с вечера не нашла. Из-за ужасного запаха духов спать мне пришлось в гостиной. Ночью затопила камин, легла на диван и закуталась в толстое одеяло, но все равно промерзла.

Да и проснулась от холода – ноги окоченели.

– Мы проспали! – раздался визг Мэй из спальни ребятишек.

Следом послышался шорох, топот, неразборчивые испуганные крики. И плач маленькой девочки. Я мгновенно забыла о своем замерзшем теле, быстро выпуталась из одеяла и бросилась к детям.

– Агата! – едва я дернула дверь, на меня выскочила Мэй. – Мы проспали! Господин Фрогель с нас шкуру спустит!

– А все из-за тебя, – растрепанный заспанный Рил показал девушке кулак с зажатым в нем шарфом.

Кровати были сдвинуты к стене у выхода, подальше от окон, из которых тянуло сквозняком. На одной из них сидела белокурая малышка и терла заплаканные глаза.

– Шенни, – Мэй быстро чмокнула девочку в лоб, – мы снег почистим и вернемся, а ты пока побудешь с госпожой Агатой, хорошо? Она наша новая воспитательница.

– Я с тобой хочу! – прогундосила Шенни.

Пирси на меня даже не взглянула.