Шанталь. Ход королевы

Это напомнило мне о его ране и том состоянии, в котором он находился.

– Я тебя еще больше удивлю, старый черт, когда ты узнаешь, что в довершение ко всем своим талантам я еще и неплохо врачую раны. Так что, если ты пока не готов расстаться с короной и отправиться к праотцам, будет лучше, если позволишь мне осмотреть себя до того, как станет совсем поздно и тебе уже никто не сможет помочь.

Он ничего не ответил, только крепче сжал зубы. Я видела, как заходили желваки на его лице от внутренней борьбы с собственным упрямством и подозрительностью, но в итоге победило желание жить.

– Хорошо. Завтра поутру получишь возможность продемонстрировать свои таланты, – глядя перед собой, он сделал очередной глоток из наполненного до краев кубка.

– Не завтра, а немедленно, – твердо ответила я. – Судя по тому, что я вижу, до утра ты можешь не дожить вовсе. Ты хоть понимаешь, как это опасно?

Он повернулся ко мне, внимательно всматриваясь в мое лицо, которое выражало решимость во что бы то ни стало настоять на своем.

В конце концов он сдался.

– Ладно, черт с тобой, упрямая ослица. Только не здесь… Здесь нельзя, понимаешь?

Да, я понимала. Король не должен был проявлять слабость ни при каких обстоятельствах, иначе завтра еще кто-нибудь вроде Стазиса осмелится бросить ему вызов.

В то время, как пирующие продолжили усердно накачиваться трофейным спиртным, по знаку шотландца четверо его людей с обеих сторон подхватили его «трон» и понесли в помещение, которое он использовал как свои покои. Объединив усилия, мы перенесли его на большую дубовую кровать, не обращая внимания на сыпавшуюся в наш адрес брань испытывающего страдания мужчины.

Он весь горел и дрожал как в лихорадке, что само по себе было не очень хорошим знаком, так как это могло означать, что в рану попала инфекция.

Велев вскипятить воды в котелке и найти чистую ткань для перевязки, я распорядилась засветить еще несколько свечей. В первую очередь нужно было снять старое полотно и осмотреть рану. Полив изрядным количеством алкоголя, дефицитом которого, к счастью, пираты не страдали, на свои руки, чтобы не занести дополнительной заразы во время осмотра, я разрезала рубашку на груди и осторожно приподняла пропитавшуюся кровью материю, обомлев при виде того, что оказалось под ней.

Рана с рваными краями выглядела просто ужасно, ткани вокруг нее сильно покраснели и припухли, что только подтвердило мои подозрения относительно того, что раненому вовремя не был оказан должный уход.