Шанталь. Ход королевы

Какое ему было дело до того, что весь христианский свет дрожит перед жестокостью мусульманских пиратов? Он в равной степени вел дела как с одними, так и с другими, умудряясь налаживать связи там, где это считалось невозможным.

Через ветра и шторма наша бригантина держала курс к африканскому континенту. Очередным портом, в котором у Лефевра были «дела», был город Сфакс, расположенный на северном берегу залива Габес. И все было бы не так страшно, если бы путь наш не пролегал мимо острова Джерба, внушающего ужас всякому, оказавшемуся в его близи.

Свою дурную репутацию остров приобрел после того, как последние представители династии Хафсидов, длительное время контролирующие Север африканского континента, в XV веке заключили соглашение с бывшими на службе у Османской империи братьями Оруджем и Хызыром, известным также под прозвищем Хайраддин (Божий дар) Барбаросса, согласно которому пираты получили расположенный вблизи Туниса остров, ставший первым и основным центром базирования, вокруг которого объединились пираты и авантюристы всего Средиземноморья.

В течение последующих двух столетий Cредиземноморский бассейн превратился в самую настоящую арену для ожесточенных столкновений между христианскими державами Европы и мусульманской Османской империей. В этой борьбе немалую роль сыграли берберские пираты с острова Джерба, которые чувствовали себя связанными с турками в религиозном и экономическом отношении. Они выступали против врагов османов, нападая на южное побережье Испании, Италии, Франции, грабили местные порты, уводя в неволю тысячи пленников.

Любой европеец, оказавшийся в столь опасной близости от собственной смерти, поспешил бы развернуть судно и поскорее убраться восвояси, но только не Лефевр. Проходя через залив Габес на расстоянии пушечного выстрела от берега, он приказал поднять в знак приветствия флаг, на котором большими буквами было написано: السلام عليكم" – Ас-саля́му 'але́йкум, что в переводе с арабского языка означало: «Мир вам», и знаете, что произошло? На одном из стоящих на якоре кораблей в знак приветствия подняли точно такой же флаг, давая возможность «Жюли» и ее команде безопасно продолжить свой путь.

Когда вдали показались крепостные стены Сфакса, первое, что сделал наш капитан, после того, как сложил подзорную трубу и передал ее Морису, велел разыскать меня и передать, чтобы готовилась к отправке на берег.