Шанталь. Ход королевы

Враг, очутившийся на борту нашего корабля, встретил столь яростный отпор, какого явно не ожидал.

С неизменной шпагой в правой руке и с кортиком в левой, по команде капитана я ринулась в бой наравне со всеми. Раздумывать о том, сколько жизней придется отнять на этот раз… о, на это у меня просто не было времени. Все, о чем я могла думать в этот момент, – не позволить убить себя. Чего бы это ни стоило.

Кровь лилась рекой. Стоны, предсмертные крики и лязг металла слились в единый, леденящий внутренности звук.

Наравне с товарищами я резала, колола, падала, поскользнувшись на мокрой палубе, снова поднималась и вновь как заведенная бросалась в бой…

Совсем рядом, плечом к плечу со мной бился Нино, которому Лефевр кивком повелел не отходить от меня ни на шаг. На этот раз он смог воочию продемонстрировать чудеса своей боевой техники во всей красе. Он не сражался, нет. Его движения больше подошли бы танцору балета из придворной труппы его величества Людовика, а не пирату, столь плавными и стремительными одновременно были они.

С двумя острыми клинками в руках под слышную ему одному музыку Нино грациозно поворачивался лицом то к одному, то к другому противнику, и в тот же миг те безмолвно как подкошенные падали к его ногам, так и не успев понять, что с ними произошло.

Залюбовавшаяся действиями сицилийца, я зазевалась и чуть не пропустила удар, едва не стоящий мне жизни. К счастью, удалось вовремя нырнуть вниз как раз под руку с занесенным клинком.

Пригнувшись, я, почти не глядя, до основания воткнула кортик в бок нападающего и, больше не задерживаясь, двинулась дальше, тут же позабыв о происшедшем и сосредоточившись на новом противнике.

Судно сильно накренилось на левый борт, это матросы с другой галеры спешили на помощь своим союзникам. Уставшие, выбивающиеся из сил, мы все еще пытались отчаянно сопротивляться… Но надолго ли нас хватит?

Точным ударом поразив очередного дикаря, пытавшегося проломить мне череп топором, я, тяжело дыша, обернулась и, как оказалось, вовремя, для того, чтобы заметить, как в нескольких шагах от меня взятый в тиски тремя противниками Нино, зажимая одной рукой рану на шее, все еще пытается сопротивляться другой.

Со звериным рыком, неизвестно каким образом вырвавшимся у меня изнутри, я бросилась на подмогу. Ярость придавала сил. Еще свежи были в памяти воспоминания о смерти Клода, моего единственного настоящего друга.