Шанталь. Ход королевы

Непроизвольно зажав висящую на шее монету в кулаке, я обратила взор к небесам: «Господи, разве я многого прошу? Что же со мной не так? Почему же несмотря на то, что я все время стараюсь держаться в стороне, меня никак не хотят оставить в покое? Каких действий от меня ждут? Не означает ли это то, что раз уж мне все равно вынесли смертный приговор, то почему бы в таком случае хоть раз не поддаться искушению и не воспользоваться тем, от чего я так долго отказывалась?»

Из глубины сознания колоколом прозвучал смутно знакомый голос, когда-то предрекший мне великое будущее: «…Ты будешь королевой среди королей и рабыней среди рабов.

Взлеты и падения, смертельная опасность станут подстерегать тебя на жизненном пути…»

Тогда, в прошлой своей жизни, я не поверила ни единому слову «Мадам Секрет», но жизнь показала, что пророчество уличной гадалки содержало в себе гораздо больше правды, чем можно было ожидать.

Помню, как спросила ее о том, смогу ли когда-нибудь испытать любовь? И ее четкий ответ: «О да! Ты будешь любить и будешь любима, но… тебе предстоит сделать очень трудный выбор, и в зависимости от того, что изберешь, будет зависеть твоя дальнейшая судьба…»

Что она имела в виду, говоря о нелегком выборе? Означает ли это то, что мне придется выбирать между любовью и долгом перед своей страной, людьми, которые долгие годы живут надеждой, что однажды возвратится последняя из рода Баттиани и, наказав убийц своих родителей, вернет принадлежащий себе трон? И если так, то имею ли я право ставить свою любовь к Патрису, какой бы сильной она ни была, выше долга перед Родиной и памятью славных предков, по камешку построивших это государство столетия назад? Ответ очевиден: такого права у меня не было, как, собственно, и выбора.

Не стоит и мечтать о том, чтобы объявлять войну генералу Айвану не имея в своем распоряжении многочисленной, хорошо подготовленной армии, способной дать бой любому по силе противнику. И я сейчас точно знала, где мне эту армию получить.

Мысленно прося Господа дать мне сил и не струсить в последний момент, я обратилась к команде, с удивлением и некоторым замешательством следившей за сменой выражений на моем лице:

– Правление шакала длится лишь до тех пор, пока волк твердо не встанет на ноги.

И, кажется, волк, которого все так боятся, готов прийти и забрать то, что принадлежит ему по праву. Капитан, – чуть повысив голос, твердо произнесла я, – властью данной мне от имени «братства висельников» я намерена взять дальнейшее командование на себя.