Там говорите.
Кивнув, Шатун вышел на крыльцо и, растерянно вздохнув, тяжело опустился на ступеньку. От всего увиденного и вправду было не по себе. Он давно уже догадывался, что оказался где-то совсем не там, где был, но одно дело — догадываться, и совсем другое — получить тому наглядное подтверждение. Вышедший за ним офицер, сойдя с крыльца, достал из кармана серебряный портсигар и, не спеша закурив, тихо спросил:
— Давно вы здесь обитаете, молодой человек?
— Хозяйка меня осенью нашла, — так же тихо отозвался Шатун.
— Израненного. С тех пор тут и живу.
— И что, не пробовали уйти?
— Я толком ходить только пару месяцев назад начал.
— Что ж. Давайте говорить по порядку, — затянувшись папиросой, выдохнул офицер. — Позвольте представиться. Штабс-капитан Рязанов, Михаил Сергеевич.
— Часом не граф? — не удержавшись, иронично уточнил Шатун.
— Граф, — спокойно кивнул офицер. — А как прикажете к вам обращаться?
— Ростовцев, Руслан Владимирович, — вынужден был представиться Шатун.
— А Ростовцев Владимир Иванович вам часом не родственником будет? — тут же последовал вопрос.
— Не имею чести знать этого человека, — равнодушно качнул Шатун головой.
— Вы уверены? — все так же вежливо переспросил офицер, но взгляд его при этом стал колючим.
Руслан знал такие взгляды. Помнил их после нескольких сеансов общения с особистами. Так что манера поведения проявилась сама по себе, привычно. Ответив офицеру спокойным, равнодушным взглядом, парень прислонился плечом к перилам крыльца и, вытянув натруженные за день ноги, вздохнул:
— А какой смысл обманывать? Ведь вскроется махом.
— Это верно. Рад, что вы это понимаете, — кивнул офицер, чуть подобрев взглядом. — Могу я спросить, что с вами случилось и откуда эти отметины? Впрочем, если вам неприятно вспоминать, так и скажите.
— Ну, стесняться мне нечего. Шрамы эти я не в пьяной драке получил, — пожал Шатун плечами. — Попал под разрыв сразу двух минометных мин.
— Простите, каких мин? — моментально насторожился офицер.
— Господин штабс-капитан. Скажите, пожалуйста, который теперь год, — решившись, спросил Шатун, не уточняя ответа на вопрос. — И если можно, я бы хотел увидеть какую-нибудь газету. Пусть даже старую.
— Это можно, — спокойно кивнул офицер и, обернувшись, приказал: — Гриша, из коляски газету мне принеси. Она на сиденье лежать должна.
— Сей момент, ваше благородие, — послышалось в ответ, и спустя пару минут к крыльцу подошел казак лет двадцати пяти.
