Внимательно следивший за его действиями кузнец, огладив бороду, с интересом пробасил:
— Что скажешь?
— Отличная работа, мастер, — вежливо склонил голову Шатун.
— Ну и слава богу, — кивнул кузнец. — Я тебе к нему еще четыре барабана отлил и сотню гильз. Снаряжать, так понял, сам станешь?
— Верно, — кивнул Шатун, доставая отстрелянный барабан и внимательно рассматривая край, соприкасавшийся с каналом ствола.
У револьверов это всегда было самым слабым местом. Край камор обгорал и начинался прорыв газов, что влияло на дальность и точность выстрела.
— Не боись, — понимающе усмехнулся кузнец. — Там, вишь, бронзовая накладка прилажена. Она хоть греется быстрее, зато и остывает лучше. А как обгорит, так заменить не долго.
— Умно, — оценил Руслан. — Но можно было и по-другому сделать.
— Это как? — тут же заинтересовался кузнец.
В истоптанном овраге, где регулярно стреляли все, кому требовалось пристрелять или проверить оружие, трава почти не росла. Так, несколько чахлых кустиков под стенами. Достав нож, Руслан присел на корточки и, разровняв землю, принялся рисовать, попутно поясняя систему надвига барабана на отлив ствола.
Тяжело присевший рядом кузнец слушал очень внимательно, не отрывая взгляда от рисунка.
Потом, задумчиво огладив бороду, мастер удивленно хмыкнул и, покрутив в крепких пальцах револьверный барабан, протянул:
— Тогда и барабан больше делать придется. Тяжелее станет, а калибр тот же останется.
— Верно, — спокойно кивнул Руслан. — Но самое главное, что тогда на каждый выстрел не придется курок взводить.
Знай, жми на крючок, пока патроны не кончатся. Скорострельность гораздо больше. Любую банду до смерти удивить можно.
— Это да, — усмехнувшись, согласился кузнец. — Подумать надо. Попробовать кое-чего, — вздохнул он.
— А винтовку переделать по-моему возьмешься? — кивнув, уточнил Руслан.
— Сделаю. Дело нехитрое, — отмахнулся кузнец, погрузившись в свои мысли.
— Ну, тогда говори, сколько я тебе должен, — потребовал Шатун, приготовившись расстаться со всей имеющейся наличностью.
— Червонец, но с уговором, — ошарашил его кузнец.
— Что за уговор? — насторожился Руслан."
"— Со всеми своими задумками ты ко мне идешь. Его превосходительство, господин Рязанов, намедни мне сказывал, что ты долгое время за границей был и там всякое оружие изучал. Вот я и хочу узнать, что тут сам сделать смогу. Без всяких умников иностранных, — честно признался мастер. — Ты пойми, Руслан. На хлеб насущный я себе всегда заработаю. Да и сейчас не бедствую.
